— А где твоя жена?
Саманта?
— Улетела!
Ну, как?
В два часа у меня?
— Нет!
Алькасар.
Днем прилетает мой муж.
— Так ты не сможешь?
Со мной?
— Смогу, конечно, — Анабелла засмеялась. — Глупенький.
Только – пораньше.
— Хорошо!
Я поменяю расписание.
— Алькасар?
— Да, Анабелла.
— Придумай что-нибудь.
То, что мы еще не делали.
— Это думать что ли? — Алькасар захохотал.
Шутка удалась.
УДАЧНО ПОШУТИЛ, УДАЧНО ЗАСМЕЯЛСЯ.
«Алькасар не столь уж и плох, — Анабелла подумала. — Массаж делает не так, как Джессика.
Но и это сойдет!
День будет приятным…»
АЛЕХАНДРА.
— Мой второй день в конторе, — Алехандра грызла ногти. — Второй день работаю.
А чувствую себя уже уборщицей.
Или — еще хуже.
Теперь я понимаю, почему девочки идут в балерины.
Или в модели.
И тому подобное.
Корячиться на службе — намного хуже.
Целый день надиктовываю в голограф.
Это отвратительнее, чем учиться в гимназии.
Мамочка предложила мне закончить курсы.
Курсы балерин.
Но, зачем мне скакать, как балерина?
У меня есть деньги.
Незачем себя обеспечивать работой.
Нудной работой.
Да и не вышла бы из меня балерина.
Возраст не тот.
Да и полновата я.
Но и здесь долго не задержусь.
Меня одно держит — отцу обещала.
Обещала, что буду с низов.
Как папенька обрадовался.
Не хочу его разочаровать.
Иначе может не дать денег…
ДАЖЕ ДОБРЫЕ ОТЦЫ БЫВАЮТ ЗЛЫМИ.
АЛЕХАНДРА И МАДЛЕН
Алехандра прилетела домой.
Застала Мадлен в прекрасном настроении.
Лицо намазано кремом.
Волосы растрепаны.
Разумеется, что Мадлен была голая.
— Ты бы хоть к моему приходу оделась, — Алехандра фыркнула. — Или ты хочешь меня изводить?
Своим видом?
— Не нравится?
— Наоборот.
Нравится.
Но я работала.
Целый день.
— У меня свидания! — Мадлен засветилась. — Джони пригласил меня.
В театр.
— Замечательно! — Алехандра улыбнулась.
Натянуто улыбнулась.
УЛЫБКА — РЕЗИНОВАЯ, ДОЛГО НЕ ПРОДЕРЖИТСЯ.
Алехандра разделась. — А как твой брат?
— Мой брат? — Мадлен виновато кивнула. — Не делает попыток подобраться к тебе.
Джони ни слова не сказал о моем брате.
Но увидишь.
Сегодня же я братишку поколочу.
Потребую, чтобы он встречался с тобой.
А не с какими-нибудь вертихвостками.
— Кажется, что я влюбилась, — Алехандра заныла. — В твоего братика.
Поэтому прощаю ему все. — Уныло зевнула.
Мадлен порхала с места на место.
Напевала озорные песенки.
Вид у Мадлен был счастливый.
Очень.
Слишком.
— Алехандра!
— Да, Мадлен.
— Ты спрячься.
Не показывайся, когда прилетит Джони.
Я скажу, что ты на свидании.
Джони разболтает моему брату.
Пусть братик ревнует.
ГЛАВА 953
— Если я спрячусь.
А Джони начнет к тебе приставать.
Я буду мешать.
Вам мешать.
— Мне кажется, — Мадлен накручивала на пальчик локон. — Я думаю, что Джони не полезет ко мне.
Какой-то Джони вялый.
Во всем.
ВЯЛЫЙ МУЖЧИНА ХУЖЕ ВЯЛОЙ ХУРМЫ.
— Я прячусь, — Алехандра уединилась в спальне.
Открыла банку ананасов.
Алехандра услышала вой космояхты.
Затем послышались голоса.
Что-то с грохотом упало.
Затем космолет взлетел.
АЛЕХАНДРА
Алехандра осталась одна.
Набрала связь с матерью.
— Алехандра! — Мама смотрела строго.
За ее спиной кто-то соскочил с кровати.
И скрылся в ванной.
Или скрылась. — Прилетай.
С друзьями.
Устроим вечеринку.
Вечеринка для тех, кому за пятьдесят и, кому до двадцати. — Мамочка засмеялась.
Из ванной раздалось хихиканье.
— Я подумаю, — Алехандра проблеяла. — Предупрежу тебя.
Отключила связь.
— У всех есть друзья и подруги, — Алехандра с ненавистью смотрела на банку.
На – уже пустую — банку. — Приглашу брата Мадлен.
Даже, если он будет упираться.
И, даже, если Мадлен будет надо мной хихикать.
Неприятно одной.
В пустой квартире.
Может быть, вызвать цыган?
Нет.
Папочка может узнать.
Трудно оставаться одной.
Мерещится всякое.
Звуки подозрительные.
Может быть, за мной подглядывают?
МАНЬЯКИ ЛЮБЯТ ПОДГЛЯДЫВАТЬ.
Особенно за красавицами. — Алехандра опустила защитные жалюзи.
Пуленепробиваемые.
Включила сериал.
Смотрела без интереса.
Замерцала связь.
Алехандра вздрогнула.
Активировала.
Номер был незнакомый.