— Дамблёдор, — произнесла мадам Максим грудным голосом. — Надеюсь, вы пребываете в добром здравии?
— Спасибо. Я в превосходной форме.
— Мои ученики, — небрежно махнула она назад огромной ручищей.
У кареты стояли подростки лет пятнадцати-шестнадцати. Их было десятка полтора, и все они дрожали от холода в мантиях из тонкого шёлка. Кое-кто обмотал голову тёплым шарфом.
— И чем они думали, так наряжаясь? — язвительно бросила Джинни, оглядывая как на подбор красивых и стройных девочек в голубеньких формах.
Джинни скрестила руки на груди, в каком-то внутреннем протесте; возможно, где-то на подкорке у неё играла зависть, ведь сама она и в половину не была столь женственной и утончённой, как девицы из Шармбатона. Сама Джинни сейчас была в мешковатой одежде, доставшейся ей от братьев, и таковой была большая часть её гардероба. Это было удобно, но... Нет, всё же она до последнего не станет признавать, что завидует и злится из-за того, как все восхищённо таращатся на француженок! Джинни покосилась на Тома, задаваясь внутренним вопросом: "А пожирает ли Реддл этих девчонок взглядом?", хотя представить его истекающего слюной по короткой юбке, как её братец с Гарри, было сложно.
Их взгляды пересеклись, и Джинни смущённо спрятала глаза, переведя взгляд на мыски потрёпанных белых кроссовок. Нахмурившись, Джинни дала себе мысленно подзатыльник: чего она смущается, как девица на выданье?! Она вернула взгляд к Тому.
— Почему ты смотришь на меня, а не на них? — с налётом раздражения спросила она, заправив волосы за ухо.
— Там я уже увидел всё, что могло быть интересным, — улыбнулся Том; все мысли Джинни были для него как на ладони, оттого и увлекательнее было смотреть на неё, а не на шарбатонцев, которые, как нелепые птенцы, тряслись от английского климата.
Щёки Джинни защипало от прилившего румянца, и она тут же попыталась это скрыть напускным недовольством.
— Оу, конечно, ничто не может быть достойно внимания великого и ужасного Тома, — фамилию Джинни не произнесла, но Том почти услышал в голове, как она произносит её той самой интонацией, на которую способна лишь Джинни Уизли.
— Оу, ты раскрыла меня! Ничто и никто, кроме Великой и колкой Джинни, не может быть достойными моего внимания, — в тон ей Том игриво прошептал ей на ухо, склонившись куда ближе обычного, от чего дыхание Джинни на миг было перехвачено, прямо как у кролика перед удавом.
И честно говоря, ему нравилось это, хотя он мог поклясться, что овладей Джинни легилименцией в той мере, чтобы счесть его мыслеобразы, то он бы огреб учебником по голове в лучшем случае, а в худшем... Эту мысль Том решил не заканчивать: рыжая ведьма, несмотря на возраст, имела не только пылкий нрав, но и завидную изобретательность, что не сильно удивляло, зная, кто её братья.
Джинни закатила глаза.
— Разве что порабощение магического мира, — фыркнула Джинни, скрестив руки на груди, но уголок губ дрогнул в сдерживаемой улыбке.
Том рассмеялся, но быстро взял себя в руки; только весёлые огоньки в глазах продолжали выдавать его настроение.
***
Поздней ночью что-то разбудило Джинни — какое-то внутреннее чувство или нечто другое, но она не смогла остаться в кровати и, поддавшись порыву, позволила магии (или тому, что это было, или же не было) вести её. Так Джинни оказалась перед кубком и застала Тома на месте преступления.
— Что ты пытаешься сделать? — скрестив руки, спросила Джинни. Она с трудом могла сдержать негодование и желание придушить змея его же галстуком. Нога, постукивающая по полу, как хвост гремучей змеи, в полной мере передавала угрожающие мысли гриффиндорки.
— Оглушить кубок конфундусом, а затем бросить своё имя, — не отрываясь от дела, ответил Реддл.
Том обернулся к Джинни и тихо, так чтобы только она могла услышать, сказал: — Но вообще-то я могу даже и не стараться. Защита пропустит меня, ведь Том Реддл уже совершеннолетний, да и кубок вряд ли найдёт кого-то сильнее меня.
— Зачем, Мерлин тебя за ногу, тебе это нужно? — громким шёпотом сквозь сжатые от злости зубы выдавила Джинни.
— Слава, почёт, деньги, мне продолжать?
— Или же идиотская смерть, искалеченное тело и прочие прелести турнира, — буркнула Джинни, чувствуя, как закипает.
Мало ей братьев-идиотов, так ещё и тот, кто вроде как на всё готов был ради сохранения своей жизни, решил, наплевав на всё, участвовать в смертельно опасном турнире! Дождавшись, когда Реддл сделает своё дело, Джинни, к сожалению, чувствовала защиту на кубке, и та предостерегающе скользила по её телу, давая понять, что кубок её не примет.