— Придурок! Разве может это быть дороже твоей жизни?! — гаркнула Джинни, и этого было мало; чувства клокотали в ней и искали выхода, и нашли в подзатыльнике. — Вспомни, что ты, мантикору тебя раздери, сделал, чтобы сохранить свою жизнь, и ты теперь вот так легко ей рискуешь?!
— У меня всё под контролем.
— Под контролем у него всё! Конечно! И щека тоже часть плана? — скрестила она руки с выговором, глядя сверху вниз на Тома.
— Небольшой форс-мажор, — нехотя признал Том. — Но всё будет в порядке, обещаю.
— Обещает он! Снова поранится — закопаю!
Том посмеялся, а потом скривился из-за боли в щеке, и настала очередь Джинни скривить губы в ухмылке. Лоуренс и Мэри были брошены в одиночестве; в мире Тома и Джинни им не было места.
Глава 9. Том и Джинни: Взгляд на мир.
Ещё с недели две-три лицо Тома было объектом всеобщего внимания. Куда бы он ни пошёл, все беззастенчиво пялились на него. Близнецы долго шутили о втором знаменитом шраме и не раз спрашивали, каково это — быть вторым Гарри Поттером. Но шутили они недолго... Ровно до того момента, как Том вышел из себя и проклял их чем-то заковыристым из арсенала заклинаний, собственноручно созданных. Они говорили правду на протяжении всего дня! Для Фреда и Джорджа это было подобно смерти!
Они рассказали Филчу о навозной бомбе, подложенной в его каморку, а ещё о разлитой около двери МакГонагалл валерьянке (и это лишь малая часть того, что их длинные языки и изощрённые умы выдали!). Кратко говоря, они успели спалиться по всем фронтам и, естественно, попали на отработки. Два. Месяца. Это ужасно, учитывая, что разозлённые профессора оказались теми ещё выдумщиками наказаний. И, конечно же, родителей эта новость не обошла стороной, и близнецы получили вопилер от миссис Уизли. Они краснели и бледнели от стыда и злости, но кричалка была более удачным исходом, чем приезд родителей в Хогвартс для головомойки своим деткам.
Второе, что разозлило как Тома, так и саму Джинни, — это статья в «Пророке»! О-о-о, Джинни помнит её почти дословно! Вспомнить только, что она о Томе написала!
«Том Ригель — юный маг с поразительным лицом, которое могло бы стать обложкой любого журнала. Однако его красота была разрушена в один миг, когда он столкнулся с драконом, охраняющим яйцо. Этот инцидент оставил на его коже глубокий шрам, который стал символом не только его храбрости, но и жертвы, которую он принёс ради своих амбиций. Как же теперь Том будет смотреть на Джинни Уизли, с которой, прошу заметить, его связывают необычно тесные отношения, теперь, когда его идеальное лицо навсегда изменено?»
И, конечно, под этим красовалось большое колдофото сравнения Тома до и после ранения. Это было просто отвратительно! Как можно было допустить написание подобного текста о том, кто пострадал? Она совершенно не думала о последствиях! Будь на месте Реддла настоящий четырнадцатилетний мальчик, подобные высказывания и тыкание пальцем в его сторону могли бы глубоко травмировать его психику.
Но вообще, даже если это Том Реддл... Разве подобное всё равно не может ранить? Пусть он и огрызается, пугая всех свирепым взглядом, но на самом деле он никогда просто не говорит правду. Поэтому, если он и делает вид, что ему всё равно, Джинни взяла это на себя. Она злилась за него и вместо него. Жалобы в «Пророк» сыпались от неё, как кленовые листья в золотую пору!
К слову, в статье были и другие возмутительные вещи, к примеру, вот ещё кое-что:
«... история Тома Ригеля и Джинни Уизли вызывает неподдельный интерес. Их отношения — это не просто романтическая сказка, а настоящая драма. Эта история продолжает развиваться, и мы будем следить за каждым шагом этих юных влюблённых!»
Ну разве не возмутительно?! По школе и так ходили о них всякие слухи, а после статьи каждый считал своей обязанностью пошутить на эту тему. Джинни была готова рвать и метать, а её набор сглазов пополнялся ежедневно для укрощения сплетников.
Среди этого безобразия мелькал и Диггори с Джонатаном. Разговор с ними добавил в её жизни неразберихи. Но если быть до конца откровенными, она знала, в чём скрыта правда и кто стоит за историей с письмами. Вот только какой смысл разбираться в этом теперь? Её мимолетное увлечение Седриком смыло летнее заблуждение, и хотя в этом был виноват Том, у самой Джинни больше нет чувств.
И, как верно подмечал Том, у Седрика уже есть девушка, и его вечно сопровождающий Джинни взгляд стал больше не уместен. Девушка Седрика, Чжоу Чанг, оказалась довольно ревнивой дамой. Это Джинни узнала на личном опыте, когда на её голову было пролито красящее зелье, и несколько дней её цвет волос и кожи приобрёл лягушачью зелёную окраску. По хихиканью учениц Когтеврана понять, за какие шалости её облили, было не сложно.