«Ты слишком беспокоишься.» «А ты слишком спокоен! Может, ты хочешь посоревноваться с Грюмом в оторванных конечностях и шрамах?» — резко написала Джинни, её почерк стал более резким и неаккуратным, передавая степень раздражения. — «Там будут Хагридовы зверушки, Сфинкс и Мерлин его знает, кого ещё они притащат! Ты силён, но не всемогущий! Пойми это уже наконец...»
Том поджимал губы, хмурился, и весь его вид выдавал недовольство, а под конец и вовсе перо в его руке треснуло, пачкая пальцы чернилами. Горящий алым пламенем взгляд острыми кинжалами впился в лицо Джинни.
«Там нет того, с чем я могу не справиться.» — обрубил Том, сломанное перо писало плохо, буквы процарапывали пергамент прерывистой линией чернил, а от рук оставались кляксы.
За своей перепиской они оба проглядели момент, когда лже-Грюм оказался за их спиной. Конспект Джинни был резко выдернут из-под их рук.
— Чем же таким интересным вы заняты на моем занятии? — грубым ржавым голосом проскрежетал самозванец за их спинами.
Том и Джинни резко повернули головы на голос.
— А вам, мисс Уизли, много известно о следующем испытании, — пробегаясь по тексту настоящим глазом, произнёс Крауч, пока его искусственный глаз бегал между Томом и Джинни. — И где же вы узнали про Сфинкса?
— Да так, к слову пришлось. А что, я угадала? — притворно удивлённо похлопала глазами она. — Может, мне всё же стоило записаться к Треллони?
— Может быть, и стоило, — не на миг не поверив, согласился лже-Грюм, а потом, вернув конспект, громко рявкнул: — ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! Вы всегда должны быть на чеку, я смог застать вас врасплох, так и тёмные маги смогут!
Джинни чуть не присвистнула от восхищения Краучем младшим — это надо же так суметь! Приплести коронную фразочку Грюма даже в ситуации, которая не имеет для этого смысла.
Джинни глянула на Тома и взглядом указала на пергамент, её вопрос остался без ответа. Том её понял и кивнул, соглашаясь с её предложением, а потом качнул головой в сторону Грюма. Джинни закусила губу и пожала плечами, но постучала ногтем по краю её пергамента. Том кивнул, прикрыв глаза.
***
— Стоять! Проклинать буду! — проорала Мэрибелл так громко, что в шумном коридоре ту же секунду сковала тишина. — Больше этот трюк не сработает!
Джинни переглянулась с Томом, задаваясь вопросом, бежать или уже поздно. Он лишь пожал плечами. Поздно.
— О, а вовремя это мы мимо проходили! — раздался голос Теодора Нотта. Он, широко улыбаясь, подошёл вместе с Забини. — Здоров, ребята, а что за движ и без нас? Да, Блейзи? — оперевшись локтем на друга, сверкнул он широкой улыбкой.
— Привет, ребята, — вежливо поздоровался Блейз.
— Приветики, но вы чуток не вовремя, — пятясь вместе с Томом, ответила Джинни Блейзу.
Мэрибелл, таща на буксире не сопротивляющегося Лори, а скорее даже активно помогающего расталкивать учеников на их пути, приближалась к ним, оба выглядели злыми.
— Ладно, Ригель он бесчувственный одержимый демон, но ты! Ты-то, Джинни, как могла нас кинуть?! — прошипела Мэрибелл, схватив Джинни за галстук во избежание её побега.
Лоуренс, скрестив руки, сверлил разочарованным взглядом то Тома, то Джинни.
— Ты решила забить на нас? — сквозь зубы выплюнул Лоуренс, который, похоже, был даже злее Мэри. — Мы были вместе с первого курса! А теперь ты только и делаешь, что сбегаешь от нас с Ригелем. Мы вообще всё ещё твои друзья?
Джинни раскрыла рот, не находя ответа. Она была так поглощена её и Реддла проблемами, что совсем перестала замечать столь важных для неё людей. Щёки обожгло от осознания своей оплошности, а на душе заскреблись сотни кошек. Джинни пристыженно опустила голову, закусив губу; смотреть на друзей сейчас было тяжело.
— Мы тоже здесь, выбери хоть раз нас.
— Простите, я...
— Мантикора меня раздери, не хватает взрывных орешков и сливочного пива! — не к месту воскликнул Теодор.
— Молчи, идиот, не порти момент! — шикнул на него Блейз.
— Да что я порчу? И вообще, вредный ты! Уйду вон к Малфою, буду с задранным носом по Хогвартсу ходить и дифирамбы его изолированности петь, — притворно возмутился "оскорбившийся" Теодор.
— Мерлин, делай что хочешь! — беззлобно, скорее по привычке, огрызнулся Блейз. — Где тот молчаливый тихоня, что заикался при каждом слове? Тогда ты явно был нормальнее, — пробухтел он, точно дряхлый старик.