— Ребята, спасите! ГАРРИ! — пискнул он с надеждой в глазах, но тот лишь неловко улыбнулся, а Джинни взяла его в шуточный захват.
В комнату вошёл Том, и Рон увидел в этом свой луч надежды. Набрав воздуха в лёгкие, он истошно завопил: — Ригель, спаси меня от неё! Я отдам тебе свою коллекцию карточек, только пусть она меня отпустит!
Том оглядел всё пространство, остановив взгляд на волшебном колдоапарате.
— Так вы фотографируетесь, понятно, — кивнул он и, посмотрев на Рона, скривил губы в мерзопакостнейшей улыбке, пожав плечами, он с наигранным сожалением протянул: — Увы, Рон, ничем помочь не могу. Против рыжих ведьм я бессилен.
Джинни отвела глаза, а потом быстро опустила голову. Видеть Тома теперь было ещё более неловко, чем в тот раз, когда она на него упала, но её быстро отвлек восклик брата.
— О, да ты просто завидуешь! — подколол Фред, подмигнув Джорджу. — Роникинс в любящих объятиях сестрёнки, а про тебя она забыла.
— Да, и она явно не собирается его отпускать, — добавил Джордж, смеясь.
Рон, почувствовав, как его лицо горит от стыда, попытался вырваться из захвата Джинни, но она лишь крепче сжала его плечи.
— Ты же староста, Рон! — снова напомнила Джинни, не скрывая улыбки. — Ты должен быть храбрым!
— Храбрым? Я вообще-то не на поле битвы, а в комнате с волшебным колдоапарате! Двумя братьями идиотами и злобной горгоной в лице тебя! — воскликнул он, отчаянно пытаясь сбежать.
Тем временем Том подошёл ближе и, наклонившись, шепнул Рону:
— Знаешь, если ты не хочешь быть её жертвой, просто научись действовать нестандартно. Это может сработать, — усмехнулся Том, выжидающе глядя на Рона. На что же хватит ума у этого братца Джинни?
Рон, немного успокоившись, прищурился и, собравшись с духом, принялся дразнить Джинни, делая смешные лица. Он начал с простых гримас: вытянул губы, как будто собирался издать странный звук, а потом закатил глаза так, что они казались почти выпрыгивающими из орбит.
Джинни, не удержавшись, расхохоталась, её смех был заразительным. Она попыталась прикрыть рот рукой, но это только усилило её веселье. Рон, заметив, что захват ослаб, решил продолжить. Он начал делать ещё более абсурдные выражения лица, сворачивая губы в трубочку и поднимая брови так высоко, что они казались готовыми улететь.
Все вокруг не могли сдержать смеха, и Джинни, смеясь, начала подыгрывать ему, делая свои собственные гримасы в ответ. Она прижала руки к щекам и сделала лицо, будто страдает от ужасной зубной боли, что вызвало новый всплеск смеха.
— Вот видишь, это не так уж и сложно! — с гордостью произнёс Рон, наконец, выбравшись из её объятий.
— Умница, Рон! — похвалила его Джинни. — Теперь ты можешь быть старостой и нести титул мастера тупых рожиц!
— О, это просто шедеврально! Брависимо! Истинный мастер гримас! — закричал Фред, хохоча, и тут же начал повторять за Роном, добавляя свои вариации.
Гарри, наблюдая за этой веселой сценой, тоже не смог удержаться от улыбки.
— Если бы кто-то видел нас сейчас, они бы подумали, что мы все сошли с ума!
Том, стоя немного в стороне, почувствовал, как атмосфера наполнилась радостью. Он, не ожидая этого, тоже начал улыбаться, заметив это, он постарался принять как можно более серьёзный вид выражающий его отвращение ко всему творящемуся ребячеству.
— Ну, раз уж все так развлекаются, — сказал он с легкой усмешкой, — может, мне стоит просто уйти, пока не стал частью этого цирка?
— О, не спеши! — воскликнул Джордж. — Мы же только начали! Ты не можешь уйти! Как насчёт того, чтобы побыть фотографом?
Том, немного смущаясь, но всё же заинтересованный, решил попробовать. Он подошёл к колдоапарату и, изучая его, произнёс:
— Знаете, если бы у меня был такой, я бы точно использовал его с большей пользой, чем вы, — с хитринкой во взгляде он растянул губы в таинственной улыбке и с нарочито серьезным тоном произнес: — Например, чтобы запечатлеть ваши нелепые гримасы и показать их всем в Хогвартсе.
— Если ты выкинешь что-то подобное, я тебя лично придушу, — кулаком пригрозила Джинни смеющемуся Реддлу.
— Это было бы круто! — поддержал её Рон, забыв о своём смущении. — Представьте, как все будут смеяться! Когда я сниму этот момент на колдофото, думаю, я даже мог бы продавать этот снимок за двадцать сиклей каждый!
Джинни, всё ещё с улыбкой, добавила:
— И потом ты сможешь выставить их на стенд, чтобы все знали, кто самый большой придурок в школе!
Том прищурился и, обдумывая, сказал:
— Знаете, я не против немного развлечься. Как насчёт того, чтобы подвесить кого-то очень болтливого за его же язык к люстре? — процедил Том с приторной улыбкой на лице, от сладости которой могло бы свести зубы.