Джинни, приподняв руки в примирительном жесте и с кроткой улыбкой, ответила: — Каюсь, каюсь, моя вина. Я с нашими золотками и Томом болтала, — расстилая кровать и раскладывая на ней пижаму, она пыталась скрыть усталость.
— Ты что, в душ не пойдёшь? — ворчливо спросила Мэри, подперев щеку ладонью. Джинни могла видеть лишь её лицо, единственную часть тела, что высовывалась из одеялового кокона.
Джинни размяла плечи, зевнула в кулак, от чего на глаза проступили слёзы, и посмотрела на Мэри. — Я жутко устала, если пойду в душ, там и ус-уа-у, — ещё один зевок прервал её речь, и она чуть не упала на кровать.
— Фу! Гадость, иди в душ! Хоть усни там, но вымойся, от тебя несёт слизью, как от флоббер червей! Я как будто снова на урок зелий попала, — прикрыв нос одеялом, прошипела Кэтрин. От её громкого голоса Анисия, уже засыпающая, подскочила и, сев, начала оглядываться, как будто искала источник шума.
— Ты чего кричишь, Кэти? — непонимающим сонным голосом спросила Аниса, всё ещё моргая, как сова.
Джинни понюхала свою мантию, вроде пахло от неё как обычно, но рукава после сегодняшнего урока зельеварения чуток попахивали. Она тяжело вздохнула, глядя на брезгливые лица девочек, и на ходу принялась стаскивать одежду.
В ванной, с лёгким щелчком, она открыла корзину для грязного белья и бросила туда всю одежду, которая мгновенно исчезла, чтобы завтра снова появиться на её кровати красиво сложенной и выстиранной. Джинни прошла к первой же душевой, включив тёплую воду, и с наслаждением закрыла глаза. Всё же хорошо, что она послушалась девочек и пошла мыться — усталость, казалось, стекала с неё вместе с потоками воды.
Намылившись вкуснопахнущим гелем для душа, подаренным Кэтрин, её настроение поднялось ещё на пару баллов. Когда рука потянулась к шампуню Мэри, на её лице расплылась довольная широкая улыбка. Сколько крокодильих слёз она пролила, отдавая его, но кто же её просил не воспринимать её угрозы всерьёз?
Кратко говоря, из душа она выпорхнула полностью удовлетворённой спустя полчаса водных процедур. Девочки уже сладко посапывали, за исключением спящей Мэри, которую можно было бы использовать как гудок для Хогвартс-экспресса, если он вдруг перестанет работать.
Джинни спешным шагом прошлась по старенькому, но мягкому ковру спальни к своей кровати. С завидной скоростью натянула на себя пижаму, рубашку даже расстегивать не стала — так и надела через голову, на манер свитера — ночью было уже прохладно, а после душа и вовсе вдвое хуже.
Скоро она юркнула под одеяло, высунув кончик палочки, закрыла балдахин и наложила заглушающие и согревающие чары. Затем заснула крепким, но беспокойным сном, в котором за ней снова кто-то гнался.
Утро встретило Джинни мягким светом, пробивающимся сквозь балдахин. Она потянулась, зевая и приподнимаясь на локтях, почувствовав, как одеяло скользит по её коже. В комнате всё ещё царила тишина, но вскоре раздался шорох — это Кэтрин, уже одетая, пыталась тихо собрать свои вещи.
— Эй, Джинни, — прошептала она, наклонившись ближе. — Ты не забыла, что сегодня у нас ЗОТИ? Надо поторопиться!
Джинни, всё ещё в полусне, потёрла глаза и с недоумением посмотрела на Кэтрин. — Что? ЗОТИ? — повторила она, словно пытаясь осознать, что происходит. — Я думала, у нас сегодня свободный день!
Кэтрин закатила глаза, её лицо исказилось в смешанной гримасе удивления и недовольства. — Ты серьёзно? Похоже, ты ещё не до конца проснулась. Мы же сами вчера обсуждали, что у нас скоро первое занятие с новой профессоршей, Долорес Амбридж! Ну, той, розовой с праздничного ужина.
— Чёрт, — пробормотала Джинни, вскочив с кровати, её волосы растрепались, как у взъерошенной совы. Она быстро начала собираться, бросая одежду на пол, ища что-то подходящее.
Мэри, всё ещё завернутая в одеяло, приоткрыла один глаз. — Вы не можете говорить потише? Я только что заснула, — произнесла она с недовольством, прижимая ладонь к лицу, как будто это могло помочь ей проснуться.
— Мэри, вставай уже, дракон его побери, утро! — ответила Джинни, натягивая на себя свитер поверх пижамы, а потом, заметив свою оплошность, быстро сняла его и спешно надела школьную рубашку. — Нам нужно торопиться!
Анисия, которая всё ещё лежала на своей кровати, потянулась и зевнула. — Я могу вас разбудить, если что, — предложила она с ленивой улыбкой, но её голос звучал так, будто она сама не верила в свои слова.
— Себя разбуди для начала, дуреха! — отчитала её Кэтрин, бесцеремонно стягивая с неё одеяло.
Джинни, наконец, выскочила из комнаты, оставив позади себя шорохи и недовольные возгласы. Она направилась к ванной, где, взглянув в зеркало, увидела своё отражение — растрёпанные волосы и сонные глаза. С трудом умывшись, она попыталась привести себя в порядок.