— Джинни? — окликнул меня знакомый голос. Я повернула голову и увидела Гарри Поттера, недоуменно глядевшего на меня. — Что ты тут делаешь?
— Эм… К школе готовлюсь, — сказала я, не понимая, чему гриффиндорец так удивляется.
— Ты же должна быть с семьёй в Египте! — воскликнул Гарри.
— А, ты об этом… — протянула я. — Родителям не нужна дочь-слизеринка, и меня сплавили в дом к маминой тётке и её сыну.
— Ты что… Мистер и миссис Уизли не могут так поступить! — Поттер был так удивлён, что казалось что его глаза стали размером с линзы очков.
— Ну, конечно, ты же лучше меня знаешь моих родителей! — ядовито произнесла я, разворачиваясь и направляясь в нужную мне лавку.
Удивительно, но Поттер последовал за мной, молча наблюдая, как я набираю кучу пергаментов для эссе, а также выбираю чернила. И только когда я снова вышла на улицу, парень решил заговорить.
— Слушай, прости меня, — сказал он. — Просто мистер и миссис Уизли всегда были так добры…
— Только по отношению к тебе, — я фыркнула. — Ты же легендарный Гарри Поттер! А мы все от матери огребали, особенно Рон и близнецы. Она и сглазить может, если ей по саду не помочь.
— Я не думал об этом, — тихо произнёс Гарри.
— Ты меня прости, но ты в принципе редко думаешь, — съехидничала я. — Для раздумий в вашей компании только Грейнджер подходит.
— Не начинай, — уныло вздохнул Поттер. Затем помялся и внезапно выдал: — А я от дяди с тётей сбежал!
— Чего? — от неожиданности я даже споткнулась. — Почему?
Гриффиндорец предложил поесть мороженого, пока он будет рассказывать. Я согласилась, но предупредила, что если по итогу увижу хотя бы одну статью в сомнительном журнале, то Поттеру несдобровать. Гарри явно не выписывал «Ведьмополитен», потому что он не сильно понял, о чём я толкую.
В грядущем году в моей жизни будет много шоколада, поэтому я выбрала мороженое с ананасами.
— К моим родственникам приехала сестра дяди, — начал Гарри, тыкая ложкой в клубничное мороженое. — Тётушка Мардж меня терпеть не может и всегда старается натравить своего бульдога, чтобы тот за мной гонялся.
— Прелестная семья, — хмыкнула я.
— Есть такое, — недовольно поморщился Гарри. — Так вот, мы с дядей Верноном договорились, что он подпишет разрешение в Хогсмит, а я буду молчать на все провокации тётушки Мардж. Я терпел, но на шестой день пребывания её в гостях не выдержал. Оскорбившая мою мать тётка надулась, как воздушный шар, и улетела из дома.
— Ну и дурак, — прокомментировала я. Поттер удивлённо поднял голову.
— Тебе меня не понять! — воскликнул гриффиндорец.
— Да куда уж мне! — съязвила я. — Это же не по моей семье почти ежедневно проходились слизеринцы. Если бы я надувала каждого, кто оскорбляет моих родственников, то в Хогвартсе бы место закончилось. А ты навлёк на себя проблемы. Ведь явно был задействован отряд обливиаторов.
— Мне сказали, что ко мне нет претензий, — возразил Гарри.
— Поттер, не тупи, — я закатила глаза. — Тебя взяли на карандаш, понимаешь? Директор школы далеко не всесилен, поэтому как только Министерство станет тобой недовольно, то тебе припомнят все прошлые грехи. А стремлением к соблюдению правил ты никогда не отличался.
— Ты снова говоришь, как Снейп, — хмыкнул гриффиндорец.
— Тогда стоит подарить декану цветы за то, что пытается воспитать в тебе человека, — усмехнулась я. — Но тебя это злит, потому что тебя, как нашкодившего кота, тыкают носом. Приятнее же окружать себя людьми, которые будут тобой восхищаться, несмотря ни на что.
Кто бы сомневался, что Поттер снова на меня обидится. Характер у него совершенно скотский.
Я расплатилась за своё мороженое и поспешила в магазин «Всё для квиддича», чтобы заказать форму. Чокнуться можно — всё обмундирование обошлось в десять галлеонов! Зато форма будет сшита на меня. Да ещё и с запасом ткани, чтобы домовики подшили, если я начну расти в середине учебного года.
Недолго думая, я решила забежать в «Волшебный зверинец», чтобы набрать совиных вафель. В том году я постоянно просила Перси их купить, отвлекая брата от дел.
Однако стоило мне пересечь порог магазина, как на меня прыгнула огромная рыжая тень.
Глава 30
Мы с Перси снова собрались заранее, поэтому утром первого сентября мы чинно отзавтракали в компании родственников.
Брата приняли в род полторы недели назад, на его совершеннолетие. Разительных изменений во внешности ещё не было, однако на голубой радужке глаз появились небольшие золотистые пятна. Дядя Игнатиус предположил, что к Имболку глаза Перси станут золотого цвета, как у всех представителей рода Пруэтт.