Женщина в ультимативной форме потребовала от меня помощи роду взамен на вассальную клятву. Мол, она планировала эту клятву принести Тому, но он почему-то род не принял.
Почему-то! Я еле удержалась от фырканья. Уж я-то отлично знала, почему Том обломался со становлением полноценным Лордом. Ну да ладно. В данной ситуации это не имеет значения.
Леди Блэк своему сыну ещё до конца не доверяла. Как ещё объяснить то, что Кричеру, домовику семьи, она приказала прежде всего слушать Эвелин, затем меня и только потом Сириуса? Я опасалась, что Бродяга обидится, но он заявил, что ему, цитата, «пофиг». Мол, ему с лихвой хватало наследства дядюшки Альфарда, а основные капиталы Блэков пусть достанутся Эвелин и её потомкам.
Нам удалось приятно удивить Вальбургу. Она не ожидала, что мы придём готовыми к ритуалу становления наследником. Хотя подготовка там весьма условная, но после того, что мы с Луной провернули на первом курсе, многие вещи мне кажутся намного проще, чем они есть.
Пока Эви и Сириус готовились, а Кричер, перемещаясь между комнатами, следил, чтобы они не накосячили, я болтала с Вальбургой, рассказывая историю своей жизни. Правда, снова отцензуренную. Такими темпами я однажды сама поверю в эту выдумку.
Особое внимание я уделила своим чувствам по поводу родительского отношения. Приврала, конечно, однако оно того стоило. К концу разговора леди Блэк выглядела смущённой и весьма задумчивой. Может, однажды они с Сириусом поговорят по душам и поймут друг друга?
Эвелин нервничала, да и Сириуса потряхивало, хотя они оба храбрились и пытались делать вид, что всё в порядке.
— А если у меня не получится? — хрипло спросила Эви, раскладывая по сторонам света бузину, мирру, акацию, вербену и прочие растения.
— Получится, — отрезала я, проверяя магические плетения ритуального зала. Спасибо Флитвику за подходящее заклинание.
Вроде всё было цело, никаких повреждений. Сам Алтарь у Блэков был пафосный до зубовного скрежета: большой кусок горной породы тёмно-серого цвета с вкраплениями необработанных алмазов, которые служили отличными накопителями магии.
— Так вот, — продолжала я, — у меня условия были в разы хуже: всё лежало на моих плечах. У тебя же будет поддержка моя и Сириуса.
— Я всё равно боюсь, — вздохнула Эвелин.
— Бойся на здоровье, — разрешила я. — Главное, проведи всё, как учили.
Сириус ругнулся в мой адрес и тут же согнулся пополам. Дурашка. Додумался же ругаться матными словами в месте скопления магии! А она дама серьёзная и на дух не переносит бранную речь. На подобных местах силы сквибы в давние времена строили храмы, в которых и маглы получали необходимую защиту. С тех пор, кстати, пошло поверье, что в храме ругаться нельзя.
Я проявила магические потоки (снова спасибо Флитвику), чтобы понять, где лучше становиться. Место Эви было у Алтаря, Сириуса — чуть поодаль, за левым плечом дочери. Я же встала по другую сторону камня, но ближе к внешнему кругу. Всё-таки я не Блэк и отношения к этому роду пока не имею.
Эвелин выложила свои подношения Магии на каменную поверхность: травы, выросшие на заднем дворе Берлоги Бродяги, большой флакон крови дракона, который стоил целое состояние, и кучу других ингредиентов.
Как только подруга активировала алтарь, я вскинула руки, перенаправляя потоки магии и снижая нагрузку на Эвелин и Сириуса. Особой нужды в этом, правда, не было. Алтарь спал всего лет десять, поэтому магия рода не пыталась всеми силами вцепиться в юную наследницу.
Так что неудивительно, что Эвелин весьма легко справилась, хоть и выглядела бледновато. Кричер в торжественной тишине принёс Эви перстень наследника. Сириус склонил голову, признавая главенство новоприобретённой дочери.
После этого вперёд вышла я. Ритуальным кинжалом надрезала ладонь. Кричер оперативно поднёс ритуальный кубок, чтобы ни капли моей крови не пролилось мимо. Затем я передала нож подруге, а сама залечила порез.
Пока Кричер добавлял в кубок с кровью вино и травы, мы с Эви, соединив руки, произносили текст взаимной клятвы. С перстней то и дело срывались искры, формирующие нити обета, которые тонкими линиями отпечатывались на запястьях.
Клятва была зубодробительной и очень длинной. Под конец у меня пересохло горло, но воды пока не предвиделось. Произнеся клятву, я глотнула вино из кубка (редкостная гадость, на мой взгляд) и передала кубок Эвелин.
Мне оставалось только вручить новой леди Блэк символические дары: кинжал из гоблинского серебра, который я при помощи Сахис и Флитвика пропитала ядом василиска, и перчатки из шкуры василиска. Эти артефакты отныне будут передаваться от главы наследнику рода Блэк. Хотя кто бы знал, как я от сердца отрывала целую тушу акромантула, чтобы гоблины изготовили кинжал на заказ с гравировкой и перчатки из моих же материалов. Но хоть не нужно было платить золотом, и на том спасибо. А то такого количества денег у меня уж точно нет.