Глава 19
В себя я пришла, только когда, не найдя дневник, вспомнила, что он надёжно спрятан в подземельях, чтобы у меня его не украли. Да и с чего мне Тома другом считать, если он — это я?
— Джинни, ты в порядке? — настороженно спросила Миртл, глядя на меня круглыми глазами.
— Нет. Совсем не в порядке, — тяжело дыша, произнесла я. В горле пересохло, поэтому я склонилась над раковиной и принялась жадно пить. Вода была такой холодной, что сводило зубы, однако в голове прояснилось.
Мордред, что это было? Я просто хотела прогуляться в библиотеку, чтобы поискать что-то интересное по чарам, но совершенно не помню, в какой момент меня накрыло.
Выходить из туалета было страшно: а вдруг кто-то или что-то снова попытается на меня повлиять?
Делать нечего. Я открыла проход в подземелье, куда решительно прыгнула. Терпеть не могу этот путь в Тайную Комнату, но выбирать не приходилось.
Пещеру я пересекла максимально быстро. Утренние пробежки наконец начали приносить плоды.
Сахис обнаружилась у бассейна. Змее хватило одного взгляда на меня, чтобы понять, что что-то не так.
— Щиты опустить, — коротко бросил василиск, вторгаясь в мой разум. В этот раз было не так больно. Наверное, это от того, что я не сопротивлялась. Хотя на это «несопротивление» уходила гора сил. Разум упорно не желал пускать вторженца, и, если бы не начальные тренировки по окклюменции, было бы совсем тяжко.
Из глотки василиска начало вырываться самое настоящее рычание. Никогда не думала, что рептилия способна издавать такие звуки. Похоже, что Сахис дошла до крайней степени ярости.
— Империус, — прошипела змея. И звук «с» у неё получился особенно зловещим.
— Разве не легилименция? — спросила я, садясь на холодный каменный пол.
— Нет, — Сахис сердито дёрнула хвостом. — Вернее, не совсем. Твой разум не считывали, а поместили одну мысль про опасность дневника, для верности подкрепив её заклинанием подчинения.
— Что будем делать? — прошептала я. Змея ответила далеко не сразу. Сначала она взглядом ввела меня в подобие транса и снова покопалась в моей голове. И только после этого Сахис сообщила, что сняла с меня «ментальную закладку», чем бы эта гадость ни была. Проблема в том, что подобного воздействия можно избежать только в двух случаях: стать мастером окклюменции, чего в ближайшие годы не предвиделось, либо нанести на затылок специальные тату, не позволяющие вторгаться в мысли кому попало. Вот только и тут затык: сначала нужно стать частью Рода, потому что всё было завязано на магической связи непосредственно с алтарём. Этот вариант мне тоже пока недоступен. К тому же для этого необходимо сбривать волосы. Если я подобное резко сотворю, то у всех невольно возникнут вопросы.
Придётся мне раз в неделю приходить к Сахис, которая будет проверять мой разум на предмет всякой гадости. Василиск впервые на моей памяти и памяти Тома костерила Гонтов, разбазаривших все ценности. А мне ой как бы пригодились серьги, не позволяющие легилиментам шариться в мозгах. Потому что «не дело, когда Наследнице Слизерина в одиночку приходится противостоять подонкам, не брезгующим непростительными».
Волнение Сахис было вполне понятно: на Тома с его хоркруксами надежды на возрождение славы Слизерина нет. Если со мной что-то случится, то ничего не изменится.
После Тайной Комнаты я направилась ко входу в гостиную Равенкло, где принялась ждать Луну. Проходящая мимо Пенелопа согласилась позвать Лавгуд. Мне срочно нужна её оценка происходящего, поэтому я решительно потащила подругу в ближайших тайник, где рассказала всё.
Во время моего монолога Луна черкала в блокноте, записывая свои мысли. Иногда девочка просила меня притормозить или повторить некоторые куски.
— Есть предложения? — спросила я, нервно грызя печенье, извлечённое из сумки. Луна на это начала мини-лекцию, из которой я ни Мордреда не поняла.
— Луна, для людей, — попросила я и потёрла висок.
— Ну, смотри, — произнесла Лавгуд, делая паузы и тщательно подбирая слова. — Пока мы не узнаем, кому ты так не угодила, мы физически не сможем придумать, как дать отпор. Но мы знаем, что всё крутится вокруг дневника, Тайной Комнаты и Тома Риддла.
План у Лавгуд был… Ну, он был. Сложный и малоосуществимый, с ноткой бредовости. Подруга предложила действительно выбросить дневник Тома, как того хочет невидимый кукловод.
Для начала Луна потребовала срезать у оригинального дневника обложку, которая сохранила магический след хоркрукса. А чтобы мне не пришлось переписывать дневник Салазара, мы прикрепили обложку к пустым страницам другого дневника.