Во время ужина больше не получалось отвертеться от получения открыток. Нет, я, конечно, ещё в обед отправила сердечки из картона всем одноклассникам, братьям и Джемме с Пенелопой. Ради шутки думала послать Малфою, но оставила эту идею. Как-нибудь потом его подколю. Хотя мои гениальные братцы всё-таки додумались засыпать открытками Снейпа. Декана стало даже жалко. Я бы на его месте отправляла купигномов в далёкий полёт в сторону Дракучей Ивы.
— Ну, у кого сколько? — громко спросил Забини, забирая у почтальона очередную открытку. — У меня одиннадцать.
— Ха! Тринадцать! — усмехнулся Нотт.
— Неудачники, — фыркнула Дафна, тряхнув светлыми волосами. — Двадцать шесть.
Я в соревновании не участвовала. Принесённые открытки я аккуратно складывала в свою сумку, чтобы прочитать потом. Хотя замысловато сложенное из бумаги сердечко отчётливо ассоциировалось с Луной.
Апофеозом вечера стал присланный для Макгонагалл букет валерьяны. Полшколы затаило дыхание, но зрелище оказалось несколько иным, чем ожидалось. У Маккошки оказалась сильнейшая аллергия на это растение.
Оглушительно чихающую женщину увела мадам Помфри, а Гриффиндор лишился тридцати баллов.
Я немного задержалась в Большом зале, желая доброй ночи однокурсникам, поэтому, когда я свернула в нужную галерею, то увидела одиноко стоящего Малфоя. Отсутствию Крэбба и Гойла я даже удивилась. Да и сам Драко был непривычно серьёзен.
Мы кивнули друг другу, я, прошипев себе под нос, открыла проход и вошла в тайник первой, сразу падая на кресло. Драко, помедлив, сел напротив.
— Рассказывай, — вздохнула я, мечтая лишь об одном: принять душ, надеть тёплую ночнушку и заползти под одеяло.
— Почему дневник, с которым ты постоянно таскалась, сейчас у Поттера? — в лоб спросил Малфой.
Я откинулась на спинку кресла, раздумывая над ответом. Стоит ли мне вот так сразу выдавать все свои догадки?
— Скажем так, мне намекнули, что я должна отделаться от этой тетради, — обтекаемо произнесла я, поморщившись от воспоминаний.
— Намекнули? Кто? — хмыкнул Драко.
— Приложили вторым непростительным, добавив немного легилименции, — криво усмехнулась я, решив пойти ва-банк. — Уж извини, кого за это благодарить, я не знаю.
— Непростительное? В школе? — воскликнул парень и выругался почему-то на французском. Мне было ни слова не понятно, но интонация была говорящая. Я терпеливо ждала, когда поток эмоций у моего собеседника иссякнет. Ждать пришлось довольно долго: Драко завёлся ни на шутку.
— Я видел этот дневник раньше, — произнёс парень, успокоившись.
— Что? — воскликнула я, подаваясь вперёд. — Где?
— Не поверишь — в нашей родовой библиотеке, — мрачно усмехнулся Малфой. — Этот дневник хранился за зачарованной от тёмной магии витриной, к которой был доступ только главе Рода. Дед отказывался его доставать, но его не стало в прошлом году. Отец решил отнести тетрадь в Гринготтс на обследование разрушителям заклинаний. Но вот в книжном мы наткнулись на вашу семейку, после чего оказалось, что дневник пропал. И только увидев его у Поттера, я вспомнил, что ты таскалась с таким же.
Что же… Мне повезло, что Драко такой наблюдательный. Как минимум теперь понятно, откуда у меня в вещах появилась эта тетрадь. Но оставались вопросы. Почему Люциус Малфой так внезапно решил подбросить дневник дочери врага? Конфундус или… Хоркрукс? Может ли часть души, не ограниченная какими-то защитными чарами, как-либо воздействовать на сознание волшебника? Если да, то какова вероятность того, что я бы попала под это воздействие, не случись у меня магического выброса?
Я пришла к неутешительному выводу, что мои родители уверены, будто мной управляет тёмный артефакт. Кажется, их ждёт заслуженный облом. Надеюсь, что на землях Гонтов есть хоть какой-нибудь дом, где можно перекантоваться на каникулах, потому что не факт, что мать и отец с их заскоками позволят мне жить в Норе.
— Ты дал мне много пищи для размышлений, — произнесла я, глядя на Драко.
— Что, и всё? — воскликнул парень.
— А чего ты ждал? — удивилась я.
— Ну, может, поделишься своими мыслями? — слизеринец недовольно посмотрел мне в глаза.
— Это может быть опасно, — вздохнула я. — Поверь, очень неприятно попадать под империус. Мы пока не знаем, кто наш враг.
— И какая у нас стратегия? — спросил Малфой.
— Не привлекать внимание больше, чем обычно, — сказала я. — Это если коротко.
— Отец сказал, что если случится хотя бы ещё одно нападение, то он подключит Министерство, чтобы подсидеть Дамблдора.