Мы-то с Луной могли без проблем ходить в Сторожку окольными путями, а мне будет спокойнее, если кто попало не будет шастать, где не просят.
— Я же говорила, что это она нападает на грязнокровок! — воскликнула Панси, стоило мне появиться в факультетской гостиной. Я, уставшая после махинаций с алтарём, закатила глаза, демонстративно убрала палочку, затем направила руку в сторону этого мопса и прошипела себе под нос лёгкое заклинание парализации. Паркинсон так и осталась сидеть с открытым ртом.
— Придёт в себя через пару минут, — снисходительно пояснила я, усаживаясь в свободное кресло.
— Так что всё-таки случилось? — поинтересовался Декстер. Пришлось разыграть карту потери памяти, напустив на себя максимально скорбный вид. Те детали, которые я всё-таки рассказала, были получены исключительно со слов Дамблдора и Поттера, что я подчеркнула. Старшекурсники понятливо кивнули.
Я обратила внимание на Драко, который сидел, будто пыльным мешком стукнутый. Но на диалог парень не шёл, больше отмалчиваясь. Пришедшая в себя Панси пыталась втянуть Малфоя в разговор, но он отвечал односложно.
В гостиную даже заглянул декан, сообщивший, что режим ЧС отменяется, а комендантский час снова наступает в десять вечера. Мы вяло на это поаплодировали. И совсем без удовольствия мы встретили новость, что квиддичные матчи возобновлять никто не будет, хотя кубок всё-таки вручат.
— А кто по очкам лидирует? — тихо спросила я у Флинта.
— Надо подчитать, — шепнул капитан.
— Уизли! — от окрика Снейпа я подпрыгнула. — За мной!
Ну вот… Я закатила глаза и потопала за профессором. А ведь для всех я только отошла от воздействия тёмного артефакта, принадлежащего самому Волдеморту! Где мой заслуженный отдых? Где отгул от экзаменов? Где моя большая коробка сахарных перьев, чтобы не было грустно?
— Садитесь, — декан указал на стул с жёсткой деревянной спинкой, стоящий напротив преподавательского стола.
Я послушно уселась, куда сказано, сгорбилась и уткнулась взглядом в собственные руки, которые благодаря перчаткам из шкуры василиска стали выглядеть намного приличнее, чем в начале года.
— Как вы себя чувствуете? — спросил Снейп.
— Сносно, но спасибо за заботу, — по инерции светски ответила я, не поднимая головы. Какого Мордреда я вообще здесь делаю?
— В какой момент вы поняли, что с вами происходит что-то странное?
Допрос, значит. Мне физически хотелось с милой улыбкой сказать какую-то колкость, но я, хоть и с трудом, сдержалась.
— Не могу сказать, профессор, — увильнула от прямого ответа я. Так-то, если задуматься, очень странным был империус, наложенный на меня, но вслух я это не озвучила.
— У вас ведь было алиби во время всех нападений, — произнёс декан. Вспомнил, значит. На то, чтобы придумать ответ, мне потребовалось какое-то время.
— Значит, вы можете сделать вывод, насколько правдива история, которую вы услышали, — тихо сказала я.
— Что вы хотите этим сказать? — голос Снейпа тут же стал напряжённым.
— Я сказала всё, что хотела сказать, — произнесла я, мазнув взглядом по подбородку преподавателя.
— Почему вы не смотрите в глаза собеседнику? — от вопроса декана я нервно хихикнула.
— Потому что легилименция официально запрещена, а мне бы очень не хотелось, чтобы вас уволили. Всё-таки вы отлично справляетесь с обязанностями декана и преподавателя.
— Благодарю за оценку, — в голосе профессора было столько яда, что в моей голове пронеслась шальная мысль, что мужчина может быть родственником василиска.
— Что-то ещё, профессор? — поинтересовалась я, заглядывая в тёмные глаза Снейпа и выталкивая на поверхность воспоминание, как я рассказываю Малфою, что меня приложили империусом.
— Идите, Уизли, — деревянным голосом произнёс декан.
Я кивнула, соскочила со стула и направилась к выходу. Вот и узнаем, будет Снейп проводить проверку или решит не вмешиваться.
— Что хотел профессор? — в конце коридора меня поджидал Драко.
— Желал устроить допрос, — ответила я. — Но надеюсь, что я смогла подкинуть ему пищи для размышлений.
— Пройдёмся? — предложил Малфой.
— Почему бы и нет, — пожала плечами я, и мы не спеша двинулись по галереям.
— Ты чего такой унылый? — спросила я.
— Отца сместили с поста председателя Попечительского Совета, — вздохнул Драко.
— Неудивительно, — мрачно сказала я. — Вполне ожидаемо, что Дамблдор затаит добро и подёргает за ниточки.
— Затаит добро? — удивлённо переспросил парень.
— Великому Светлому зло таить не положено по статусу, — ответила я, а мой собеседник слабо улыбнулся.