— Сказочная моя, только не говори мне, что пропажу этих денег она не заметит, и что это — не последние её деньги. По ней ведь видно, что она — нищебродка. К тому же, со здоровьем у неё какие-то нелады… Ты слышала, как она кричала? Ты видела эти спазмы?
— Да всё нормально, — чародейка подняла вверх большой палец. Совсем, как Светлов, когда обрабатывал своих клиентов, вешая им всякую лапшу на уши. — То, что деньги у неё не последние, я уверена в этом так же, как и в том, что я — девственница. Она получила зарплату за два месяца в аккурат перед новогодними праздниками. Да, выглядит она плохо, за собой не следит. Поэтому оба мужа ушли от неё, оставив ей по ребёнку на память. Сейчас она живёт с сожителем, но и это ненадолго… Она была уверена в том, что деньги, которые взял ты, она отдаёт Брэду Питту, своему любимому актёру. Я внушила её, что она встретила Брэда Питта в магазине…
— В магазине? — Андрей засмеялся, не в силах сдержать своих эмоций. Встретить Брэда Питта в магазине, 1 января, в Екатеринбурге — разве это не полный бред?
— Да, в том магазине, — вполне серьёзно ответила Джина, указав рукой на противоположную сторону улицы. Там был меховой магазин и, несмотря на праздничную дату, он работал. На двустороннем штендере, раскорячившемся у крыльца магазина, яркими буквами было написано: «Фантастические новогодние скидки». Люди входили в магазин и тут же выходили из него, но почему-то без покупок. Видать, скидки в магазине были фантастически маленькими, почти незаметными. — Я внушила ей, что её увидел в магазине Брэд Питт, затащил в примерочную кабинку, и там они предавались любовным утехам. Он её оттрахал так, как никто и никогда не трахал. Она получила такой оргазм, какого у неё не была никогда в жизни. Поверь мне, косарь за тот кайф — слишком малая плата, которую ей заплатить было не жалко. — То есть, она кончала прямо на улице?
— Да. Но думала, что находится в примерочной с Брэдом Питтом. И тысяча с отпечатком её губ — не столько плата, сколько сувенир на память. Она сначала хотела подарить ему свои трусики, но потом вдруг «вспомнила»… — Колдунья изобразила средними и указательными пальцами рук «кавычки». -…что её трусы-то прошлогодние, несвежие, да и фасона немодного. Поэтому и решила сделать так.
— No mal! — сказал Светлов по-испански и похлопал в ладоши. Увы, словом «неплохо» его познания в испанском исчерпывались.
— Спасибо, — Джина сделала поклон, как актриса на сцене провинциального театра, после чего подняла руку вверх и громко объявила: — А теперь урок номер три!
В тот момент даже зазвучала барабанная дробь. Но этим Андрея уже было не удивить.
Потом барабанная дробь сменилась знакомой мелодией, в которой Светлов узнал песню Майкла Джексона «The wayyoumakeme feel». Чародейка расставила руки в стороны и двинулась Джексоновской походкой в строну Екатеринбургского театра юного зрителя. Она шла по тротуарной плитке, и снег перед её ногами расступался, очищая путь. Андрей не удивился бы, если бы чародейка схватила себя за промежность и крикнула: «Вау!», но Джина этого не сделала. Действительно, это был бы перебор. Вместо этого призрачная колдунья подняла сильный ветер, который вырывал из карманов и сумок прохожих купюры разного достоинства и швырял их прямо в Светлова. Одни банкноты залетали в его карманы, другие — во внезапно образовавшийся «рот» в верхней части пластикового пакета. И ни одна из купюр не пролетела мимо. Когда пакет заполнился до половины, а карманы дублёнки стали неприлично оттопыриваться, ветер внезапно стих, а вместе с ним — и поток денег. Песня «Thewayyoumakemefeel» стихла.
— Охренеть, — только и смог вымолвить потрясённый Светлов.
— Это не последние их деньги, — предвидя вопрос Андрея, произнесла Джина. — И завтра все они будут думать, что потратили деньги на алкоголь. Так что, всё нормально. Идём дальше!
Они направились по улице Свердлова, плавно перетекающую в улицу Карла Либкнехта. Джина по-прежнему летела впереди, Андрей плёлся за ней. Ему было ни тепло и ни холодно, просто комфортно. Но, глядя на съёжившихся людей, идущих навстречу, на их перекошенные от холода лица, Светлов понимал, что на улице конкретный «минус». И то, что он не мёрзнет и не потеет — заслуга чародейки. Также Андрей не сомневался в том, что не замерзнет, даже если расстегнёт дублёнку и снимет с головы меховую шапку. Впрочем, проверять правильность своих предположений ему не хотелось, поэтому расстёгиваться он не стал.
Когда ТЮЗ остался за спиной, Андрей увидел под ногами потрёпан-ный, но туго набитый деньгами кошелёк. Остановился, глядя на него и ду-мая, поднять или нет.