На что получал один и тот же ответ: «Я не готова. Подожди ещё немного…»
Конечно, Андрей мог бы в приказном порядке сказать Джине: «Желаю, чтобы ты наконец-то сделала себе нормальное тело», и колдунья не могла бы ему отказать, исполнила бы желание. Но она могла исполнить его и как-нибудь коряво: вместо молодого и красивого тела могла бы наколдовать себе старое и уродливое, с двумя головами, одной лишней конечностью и прочими уродствами. И Светлов знал, что она может это сделать, так как Джина много раз рассказывала ему о некоем Белозаре, который исполняет желания «через жопу и ловит от этого кайф». Такого исполнения желаний Андрею не хотелось, поэтому оставалось только ждать, когда призрачная колдунья «будет готова» или дрочить, как в далёком подростковом возрасте. Последнего ему не очень хотелось, но и ожидание уже напрягало. Был ещё третий вариант — заниматься сексом с женщиной на стороне. Но как это можно сделать, когда с тобой живёт колдунья, от которой даже мысли не спрячешь? Самой маленькой, ничтожной мыслишки?
Над этим Светлов много думал, даже по ночам иногда не мог заснуть. А как тут заснёшь, когда член наливается кровью, и яйца распухают так, что кажется, будто они вот-вот взорвутся?
Хоть подушку трахай, блин!
Когда Андрею уже начало казаться, что воздержание его прикончит или сведет с ума, он нашёл выход из положения.
Он уже давно приметил, что сразу после того, как Джина что-нибудь наколдует, ей обязательно нужно залезть в «горшок» и подзарядиться энергией. Без этого она не могла. И ей требовалось сидеть в кувшине, в зависимости от объёмов наколдованного, от полутора до четырёх часов. Чем больше Светлов просил, тем, соответственно, дольше призрачная леди не показывалась. В это время она, судя по ощущениям Андрея, не читала его мысли. Он не ощущал болезненных ощущений в голове, и не было у него чувства, что в мозгах кто-то роется, пытаясь выгрести из памяти что-нибудь полезное для себя.
Именно в эти часы можно было глотнуть маленький глоток свободы. И для этого всего-то требовалось — по-полной загрузить Джину с утра, чтобы после обеда делать, что хочется. А хотелось Андрею лишь одного — переспать с женщиной.
И вот, полетав в облаках с утра и понежившись под ярким солнцем где-нибудь на тропических островах, после обеда Андрей вдруг начинал испытывать жуткую «тягу» к чтению книг, к социальным сетям или к телевизору. Объяснял эту «тягу» он тем, что немного ностальгирует по старым временам, когда Джины в его жизни ещё не было.
Конечно, говоря так, он врал, включая всё своё актёрское мастерство, мысленно надевая на голову прочный шлем и представляя маятник часов, летящую бабочку или ещё какую-нибудь бессмыслицу. Самое удивительное, что это срабатывало, хотя Андрея этому никто не учил. И у Джины, как бы она ни старалась пробить эту глухую, если не тупую, защиту, ничего не получалось. Поэтому она пряталась в кувшине, а Светлов, посидев на диване перед включенным телевизором минут пятнадцать, одевался и выходил из квартиры.
Поначалу ему нравилось просто гулять по городу, разглядывать витрины магазинов, прохожих, подставляя лицо лучам весеннего солнца. Он никогда бы раньше не подумал, что простой мир, без магии, не так уж плох, несмотря на запах оттаявшего собачьего дерьма, вонь выхлопных газов, шум и вечно спешащих куда-то с одинаковыми выражениями озабоченности на лицах, людишек.
Погуляв час-полтора (больше ему и не требовалось), Андрей возвра-щался домой. Принимая ту же позу, сидя на диване, начинал читать. Прочитав несколько страниц, как правило, засыпал. Поэтому Джина, выходя на свет Божий, заставала его в той же позе, сидящим перед телевизором, словно он никуда и не уходил.
И так продолжалось с неделю, пока Светло не понял, что не просчитался в своих расчетах, и прозрачная колдунья ничего не подозревает. А ведь, судя по её поведению, так оно и было.
Простые прогулки Андрею стали надоедать, и он понял, что время охоты на мохнатки пришло. И как-то так совпало, что в тот же день, когда его голову посетила эта мысль, проходя мимо магазина бытовой техники и электроники, он услышал:
— Молодой человек, у вас сигаретки не будет? — Голос был чертовски сексуальным.
Оглянувшись, Светлов увидел, что и хозяйка голоса очень даже ничего. Конечно, не такая красивая, как Джина, но у неё хоть было тело, да ещё какое! Это была молодая и сексапильная телочка. Просто находка для педофила, словно только вчера за школьной партой сидела. И какой-нибудь старый учитель пускал слюни, когда вызывал её к доске. Вот только Андрей знал, что она не малолетка, и хер во рту уже держала, о чем свидетельствовали её мимика и жесты. Оценивающий взгляд, брошенный на Светлова, сказал ему о том, что, ещё не зная его, эта сучка уже оценивала толщину его кошелька.