Светлов думал, что немка его не расслышит, но она его услышала и замерла с занесенным над головой мечем. Потом отпустила волосы Джины, отчего та упала ничком на арену, глухо стукнувшись головой об мрамор.
— Что?! — удивленно взревела мужеподобная бестия. И было непонятно, чему она удивилась больше: тому, что Андрей обратился к ней на тарингийском, тому, что посмел её оскорбить или тому, что у него её книга.
— Оставь нас в покое и вали отсюда. Иначе я сожгу к чертям собачьим твою книгу. — Боль обжигала легкие Светлова, и немка, должно быть, даже не представляла, сколько усилий приложил Светлов, чтобы сказать это. Пусть даже негромко.
— Нет, ты не сделаешь этого! — Поигрывая мечем, бодибилдерша начала приближаться к Андрею
— Сделаю, — сплюнув сгустком крови, выдавил из себя Светлов, поднеся зажигалку к Книге Знаний и крутанув колёсико.
Чирк-чирк, а пламени нет. Чирк! Чирк! Даже нет искры.
И тут на Андрея упала огромная тень. Подняв глаза, он увидел нависшую над ним немку с мечем в руке. Своей широкой спиной она заслонила солнце. На её скуластом квадратном лице застыл звериный оскал. В тот момент, глядя на мужеподобную бодибилдершу, Андрей мог чем угодно поклясться, что у немки отросли клыки, размерами не уступающие клыкам саблезубого тигра.
Мышцы на руках и ногах немки напряглись, меч, со свистом рассекая воздух, взметнулся вверх. «Сейчас она отрубит мне башку и поставит жирную точку в этом дурно пахнущем деле», — подумал Светлов.
Сам не зная почему, но он не стал зажмуривать глаза, как это в последние мгновения своей жизни делали герои фильмов, которые Андрей когда-то смотрел или герои книг в мягких обложках, не все из которых Светлов осилил до конца. Вместо этого он смотрел в глаза немке, в глаза своей смерти, словно хотел запомнить всё до мельчайших деталей, чтобы было потом, что рассказать своим новым друзьям на том свете.
Но в тот самый момент, когда меч должен был со свистом рубануть его по шее и отделить голову от тела, бодибилдерша вдруг выронила меч. Меч со звоном упал на ступеньки лестницы и заскользил вниз. Схватившись двумя руками со вздувшимися венами, опутывающими неохватные бицепсы, за горло, она начала кашлять. Она делала это так, словно проглотила какое-то большой насекомое. Но Андрей успел заметить яркую звездочку, залетевшую ей в рот, которая начала светиться в глотке немки серебристым светом, создавая иллюзию внутреннего света, бьющего из бодибилдерши. Но Светлов-то знал, что, скорее он станет танцором балета, чем мужеподобная стерва начнет излучать свет изо рта. Таким, как она, проще изрыгнуть фонтан нечистот. Понял Андрей, что за звездочку проглотила бодибилдерша, и что сейчас с ней будет. Тем временем лицо немки позеленело, её затрясло, и глаза закатились. Когда она рухнула плашмя на ступени лестницы, от её головы отделилось темное облако и взмыло вверх.
Глядя на лежащее рядом с ним тело, Андрей не сомневался, что это — один из «фокусов» Джины. Это он уже видел в тот вечер, когда чародейка оккупировала чужое тело, вселившись в какую-то шалашовку. Неужели она и сейчас решила такое провернуть?
Тело немки вдруг зашевелилось, поднялось на ноги и начало умень-шаться в размерах. Послышался треск костей. Мужеподобная обитель, как показала жизнь, темной души начала обретать знакомые округлые формы, лицо, словно вырубленное топором из полена, обрело знакомые черты, и спустя незначительный промежуток времени, который Светлову показался вечностью, перед ним стояла уставшая, но счастливая Джина. Его любимая, ненаглядная Джина.
Шорты немки оказались ей нещадно велики, поэтому они съехали по её красивым ногам и упали на мраморные ступени. И только дырявая, окровавленная футболка, провисшая на плечах, осталась на ней, как платье, изготовленное к Хэллоуину, да большой рюкзак, который тоже упал к её ногам.
— С возвращением, — сказал Андрей колдунье, улыбнувшись, после чего зашелся кашлем и сплюнул кровью. — Я бы с радостью тебя обнял и поцеловал, но, похоже, у меня всё переломано, и внутренние органы отбиты.
— Ждешь, что я тебе помогу? — Прекрасное лицо Джины тронула легкая усмешка.
Не в силах ответить, Андрей просто кивнул.
— У тебя Книга Знаний под рукой. Раз она открылась тебе, это твоя книга. Так что, попробуй помочь себе сам. Это будет для тебя практическим занятием номер один.
— Ага, — дрожащей рукой Андрей расстегнул защелку. Книга тут же открылась на главе 7, которая называлась «Исцеление от различных травм». Разумеется, всё было написано на русском языке. И в этом Светлов не увидел ничего удивительного, ведь это уже его книга, а он — русский.