Неожиданно папа замолчал, словно сам себе удивился. Алек озадаченно посмотрел на него. «Я никогда этого не забуду, — думал он, — да и олдермен Блеггетт тоже».
У ворот загудела машина.
— Ага, вот и «скорая помощь»! — сказал констебль Хедли.
— Пошли, Алек, — позвал его папа.
Они двинулись к воротам. Навстречу вышли санитары с носилками для Блеггетта. Один из них крикнул:
— Эй, Гарольд, как это он умудрился сверзиться в канал?
Папа покачал головой:
— Это длинная история, Фред.
— В воскресенье встретимся «У трех скрипачей», тогда расскажешь. Должно быть, здорово весело.
— Мне никто не поверит! — отозвался папа.
У ворот Алек сказал Рыжему:
— Я к тебе попозже зайду, ладно, Рыжий?
— Лучше не стоит, — мотнул головой Рыжий и кивнул в сторону Танка. — Они могут тебя выследить. Завтра в школе увидимся. Идет?
— Идет! — ответил Алек, и Рыжий пошел своей дорогой.
— Кто этот парень? — спросил папа.
— Это Рыжий Уоллес, из нашей школы. Ким работает с его мамой на фабрике.
— А-а! — сказал папа и больше ни о чем уже не спрашивал.
У огородов они расстались с папиным помощником и пошли к дому. Неожиданно Алек кое-что припомнил.
— Па!
— Что, сынок?
— Как это ты так быстро добрался до Танка? По шоссе ты бы ни за что не успел!
Папа сперва замялся, а потом улыбнулся и сказал:
— Спроси у мамы.
Алек недоверчиво посмотрел на него, и папа повторил:
— Спроси у мамы.
До дома они шли молча.
Мама стояла у калитки и разговаривала с соседями. Новости распространяются быстро, и она уже в общих чертах знала, что произошло. Остальное Алек досказал за ужином. Мама и Ким, которая уже пришла с работы, смеялись до слез.
Алек улучил минуту и спросил:
— Ма! Папа сказал, ты объяснишь, как это он так быстро добрался до Танка с виадука.
Мама возмущенно посмотрела на папу, но он глядел в потолок. Тогда мама рассмеялась:
— Еще бы ему не добраться!
— Ну расскажи, ма! — попросил Алек.
— Не знаю, рассказывать ли… Это ведь такое дело… — заколебалась мама и улыбнулась.
— Ну, расскажи, ма. Алек у нас уже взрослый, — насмешливо сказала Ким.
— Так и быть! — согласилась мама. — Папа знает самый короткий путь от железнодорожной ветки до Танка со стороны виадука. Теперь этой дороги не видно, она сплошь заросла кустарником.
Папа отвернулся, чтобы скрыть улыбку.
— Но как же так, мама? Откуда ты…
— Ну ладно, Алек. Во время войны на этом заводе строили танки. Он назывался «Баглтаунские артиллерийские мастерские». Вот почему завод стали называть Танком, и это имя так за ним и осталось. Я работала там, а папа вместе с дедушкой — на железной дороге. Мы еще не были женаты, а работы было полно, так что виделись мы редко. И вот…
— Я знаю! — воскликнул Алек. — Папа пробирался туда с железной дороги, и ты встречала его у канала.
Мама покраснела. Ким фыркнула.
— Точно, Алек. Романтики эти Боудены…
Но у Алека другое было на уме.
— Ма!
— Что?
— Где ты там работала, на заводе?
Теперь рассмеялась мама.
— А ты сам как думаешь, Алек?
Алек не знал, что ответить.
— Конечно, на кране. Откуда же, по-твоему, папа знает, как им управлять?!
Алек открыл рот. Ким захохотала:
— Мама, ты его просто ошарашила! Какой позор — его мать была простой крановщицей!
И тут они засмеялись все вместе. Так фантастически закончился этот фантастический день.
Глава 16. АБУ ПРОПАЛ
Но на этом волнения в тот вечер не кончились. Из «Баглтаунской газеты» прислали репортера и фотографа. Репортер, дядя которого работал на станции, был знаком с папой, и у них завязался разговор про олдермена Блеггетта, про Бонер-стрит и про Танк. Ушли они только после того, как выпили два чайника чаю (этот большой чайник ставили обычно только по воскресеньям). Папа, мама и Ким сидели с газетчиками за столом в большой комнате, а Алек устроился на подоконнике и внимательно слушал. Мама время от времени многозначительно на него посматривала, но все-таки не прогоняла.