Жили же люди, грустно размышлял Сема, купаться ходили, дрова рубить. Бабушкам помогали. В школу ходили компанией. По пути газировку покупали за три копейки. Мама рассказывала. Так они с папой познакомились. Ей пить хотелось а автомат монетку "проглотил". Папа шел мимо, увидел - непорядок. Ну и разобрался. Произвел ударный ремонт. Кулаком по нему врезал... Потом весь класс неделю газировку пил - оттуда монет насыпалось немеряно. А я один раз пластиковую краточку в другом бумажнике забыл, вспомнил папочкино детство и врезал кулаком по таксофону... Ну и ничего! В смысле, хорошего. С Нэнси все-равно не поговорил, зато откуда-то тучу ОМОНовцев принесло. Ни хрена они мне, конечно, не сделали...
А детства у меня, считай и не было, размышлял Сема.
Он стопорнул фильм и отмотал ленту назад, до сцены ограбления фруктового сада.
...В детский садик не ходил. Вместо доброго воспитателя - зануда гувернантка, которая слова по-русски сказать не могла. Якобы. Ничего, когда к ней охранник Витя подкатился, она с ним быстро объяснилась. Уж не знаю, по-английски или "на пальцах". Вместо нормальной школы - кретинский бизнес-колледж. Нормальные дети сказки читали. Про Бабу-Ягу на Сером Волке. А мы - налоговый кодекс Российской Федерации. Тоже, конечно, сказка, только совсем неинтересная...
Пацан на экране сунул два пальца в рот - Сема аж подался вперед - но свистнуть не успел - сзади спрыгнул неустрашимый "тимуровец" и сунул "квакинца" фейсом в траву.
- Эх! - в избытке чувств Сема звезданул кулаком по подлокотнику, попал на медную пепельницу и замахал ушибленной кистью. - Там же свои! Пацаны! Шухер!!! - и вдруг заливисто, по-разбойничьи засвистел - суперсовременные вакуумные окна, конечно, не зазвенели в ответ, но свет пару-раз мигнул.
По спине в легкой шелковой рубашке словно кто-то провед мягкой холодной ладонью. Сема стремительно обернулся... и едва со стула не грохнулся.
Посреди офиса, на ковре стояли люди.
Черт знает, откуда они взялись - дверь не открывалась, это можно сказать точно, она у Семы была "с сюрпризом". Хотя в теперешние времена хватает умельцев, которые могут обойти и охрану на входе и понатыканные по коридорам видеокамеры и "сигналки". Но весь опыт пока небольшой, но богатой событиями жизни крупного бизнесмена Семипокоева подсказывал, что такие люди шляются по чужим офисам исключительно в одиночку, максимум- парой. Этих же было даже "на глаз" - больше.
И на этом расхождения с грубой реальностью отнюдь не заканчивались. На этом они даже не начинались.
От людей пахло! Даже современный запахоуловитель не смог сразу вобрать в себя и пригасить острые "ароматы" пота, какой-то кислятины и чего-то еще, не такого неприятного, но не менее резкого.
Они были зверски - именно зверски загорелые с выгоревшими на солнце бровями и впалыми щеками.
Одеты они были чер-то во что - по другому это назвать было нельзя, на классы оно не разбивалось и по визуальным признакам не идентифицирывалось. Что-то пестрое, пыльное и очень свободное. Или это они были такие тощие?
Оказавшиеся в его офисе так странно, люди повели себя еще интереснее. Они немедленно опустились на четвереньки и обратили головы к низкому столику. На взволнованных лицах отразилась смесь вожделения и недоверия. Сема проследил за их взглядами и ничего особенного не увидел. От компании отделилась одна личность и прямо на четырех костях сделала два судорожных рывка к столику. Остальные исторкли стон: в нем была мука и надежда. Передовой разведчик втащил себя еще на полметра вверх, дотянулся лицом до стеклянной, примерно нав литр, банки с водой - секретарша Света поливала из нее цветы и опять забыла убрать на место. Воды было почти по край. Личность еще чуть привстала и попыталась проникнуть толстыми губами в отверстие. Банка покачнулась.
- Держи! - взвизгнула группа сожженных солнцем дистрофиков. Один из них, соломенный блондин, в невероятном прыжке достиг столика, ухватил банку и припал к ней так, словно там была не позавчерашняя вода. И даже не коньяк "Наполеон". И не "Полюстрово" с большого будуна - поднимай выше, Святой Грааль.
Дистрофики внезапно бурно разрыдались и принялись оглядывать и ощупывать друг друга ток, что это могло показаться даже слегка неприличным.
- Чертова ступа! - отфыркиваясь сказал "соломенный", - Какой кайф! И как классно снова пользоваться руками!
- А тебе шел твой прежний облик, - хмыкнул... нет, похоже хмыкнула девица с запорошенной мелким песком гривой вроде-бы темного цвета. - Из тебя получился шикарный верблюд. Только зачем ты в шейха плюнул?