Из толпы обслуживающего персонала выскочила костюмерша и увела Риту.
Мадина начала завидовать жизни моделей, в которой нет сумасшедшего бега под холодным дождем и сумасшедших желаний. Она подошла к банкетке у стены, присела, и через секунду уехала в глубокий сон.
Теперь Рыжиковы страданья были ей побоку. Она не слушала гула голосов, скрипа подставки фотокамеры, не видела как Рита то висела, будто утопленница, на руках Рыжика, то изображала буйное веселье на его плече, то простиралась у его ног. Невидела и не слышала, как Цебаковский влюбленно пускал слюни, норовя дотронуться до Рыжика чтобы что-нибудь поправить, и как Рыжик пугался его, как лошадь трамвая. Ее самолюбие было бы полито сладчайшим бальзамом, ибо душа ее жаждала мести за все хорошее...
Но она спала, и ее не разбудил даже голос Рыжика, взывающий к ее совести. Совесть Мадины тоже спала. Рита растерялась, а Рыжик - нет, и Мадина поехала на Рыжике, свисая, как белая скво, плененная могучим сиу. Рита семенила рядом до самого автомобиля "Мицубиси", на котором личный шофер Цебаковского отвез из прямо к порогу ЧП "Альфа".
Рыжик, к слову сказать, был рад убраться хоть верхом на необьезженном мустанге.
Пожалуй, до него дошло, почему так обиделась Катя, и он постановил по приезде извиниться.
Их встретили радостными ужимками и прыжками, особенно старалась Катюша, так что Ленуся стеснительно осадила ее. Мадину положили на диван и девченки, перебивая друг друга, принялись взахлеб рассказывать про деяния свет Толая.
Во-первых, казашский заяц учинил строгий допрос персонала клиники "Венера".
Во-вторых, царским жестом показал на разбитое зеркало и сказал, что купит новое, если клиника откажется делать пластическую операцию Дроздовой Маргарите.
В-третьих, ему сообщили, что его мнение по поводу решения Дроздовой Маргариты изменить свою внешность значит не больше чем дырка от дырки от бублика.
В-четвертых, Толай расколотил еще одно венерическое зеркало (ну, в клинике "Венера", в смысле) и уехал прочь на своем мотоцикле.
В-пятых он наехал на Ленусю и Катю, желая знать роль новоявленных постояльцев в идиотской, кретинской, маразматической затее с извращением облика Дроздовой Маргариты.
- И узнал? - сонно простонала Мадина.
- Фига, - самодовольно сказала Катя, - мы отвечали по схеме "я не я и лошадь не моя". А вы то как сходили?
Рита, покрывшись красными пятнами, заалела, как уголь в костре, и не смогла ничего сказать.
- Нормально, - ответил за нее Рыжик, - завтра в каком-то женском журнале пустят статью и фото.
- Не в "каком-то" а в "Лизе", - буркнула сквозь дрему Мадина.
- А чего это у тебя голос такой упавший?
- Устал, - не вдаваясь с подробности ответил Рыжик.
Мадина задавила в себе желание расхохотаться, понимала, что это будет слишком жестоко.
- Но учтите, ребята, завтра должна состояться свадьба, - напомнила Катя.
- Уже? - пискнула Рита.
Все тяжело посмотрели на Катю.
- Спасибо, - с издевкой поблагодарила Ленуся, - добрая ты душа, всегда готова словом помочь.
Катя уставилась на картину на стене с таким видом, словно это была по меньшей мере новооткрытая египетская фреска.
Рыжик сел, а Ленуся стала ходить, заложив руки за спину, будто думала за вс компани сразу. На самом деле, когда она изображала активную мыслительную деятельность, мысли в ее голове вообще отсутствовали. Наконец она замерла у аквариума и стала ждать возвращения мыслей.
Вместо мыслей возвратился Толай, вернее, он просто вышел из кабинета и внимательно посмотрел на всех собравшихся, сначала вместе, потом на каждого по отдельности.
- Больше двух не собираться, - приказным тоном заявил он, - Рита, а тебя ждут бумаги. И, ради бога, не разрешай коту лазить в "интернет".
У Риты остановилось дыхание и глаза несколько вылезли из орбит. Она поспешила увидеть редкое зрелище, а за ней последовала и все честная компания, игнорируя приказ хозяина.
Кусака в самом деле сидел но столе, придавив правой лапой "мышь". К изумлению Рыжика на экране были те же голые красотки, на которых он давеча любовался.
- Как же они... Без шерсти, без хвоста... Срамотища... - потрясенно бормотал Кусака.
Рыжик прямо задохнулся и, беззвучно смеясь, сполз по косяку на пол. Отвратительное настроение вмиг смыла волна дурацкого веселья.Терзания по поводу произошедшего в доме моделей куда-то делись, не оставив адреса. Еще минуту назад Рыжику казалось, что по вине Цебаковского он навсегда останется моральным уродом, но Кусака вернул его к жизни.
Кот вздрогнул. Зеленые глаза вспыхнули зеленьюю в полумраке кабинета. Он спешно придавил мышь и красотки сплыли в цифровое небытие.