- Ну не знаю я, ребята, - честно сказал Ерохин, - не знаю, чего мне хочется. Вы с такими никогда не сталкивались?
- Да нет. Вы - первый, - сдержанно ответила Мадина.
- И что нам по этому поводу делать? - спросил Рыжик. И сам же ответил глухим, скрипучим голосом. - Если клиент сомневается в выборе желания, команде предписывается спокойно ждать до тех пор, пока клиент не определиться. Любая попытка поторопить клиента или как-нибудь повлиять на его выбор будет расценена как служебное нарушение с последующими штрафными санкциями.
- Слыхал? - спросила Катя, - На зимовку велит устраиваться. Отто Юльевич Шмидт на льдине... Всю жизнь мечтала провести здесь, в Простоквашино!
- В Переднево, - поправил Ерохин.
- Хрен редьки не слаще, - ответила Катя и зевнула.
- Номер "люкс" с окнами на море! - фыркнула Мадина через полчаса, когда Ерохин показывал джиннам комнату, не занятую и не закрытую.
Пол вдоль стен и у порога был выщерблен до того, что в щели могла застрять если не человечья нога, то кошачья лапа - запросто. Из всей мебели джинны обнаружили лишь заплесневелый граненый стакан и шнур, на котором некогда висела лампочка. Осмотрев критическим взглядом потолок, Ленуся вздохнула:
- Ну что ж, по крайней мере потоп нам не грозит. Дождя не будет.
- Если леди предпочитает номер с удобствами... - вкрадчиво проговорил Ерохин, склоняясь к Мадине.
- То она его получит, - отрезала та, - и никакие коновалы-недоучки ей для этого не потребуются.
Рыжик удовлетворенно крякнул и показал ей большой палец.
Налетевший внезапно шквальный порыв ветра приподнял огромную, во всю стену, деревянную раму с двойным стеклом, и та грохнула о подоконник, жалобно и нервно звеня.
- Рухнет, - авторитетно заявил Рыжик, - зуб даю, русалкой буду - прямо нам на головы рухнет. Ночью.
- Кассандра ты наша, - ласково сказала Катя и отвесила Рыжику не злой, но чувствительный подзатыльник. Кусака подозрительно молчал, и джинны уже потихоньку начали опасаться, не утратил ли он дар речи.
Ленуся опасливо приблизилась к шедевру оконной архитектуры, и, прищурив глаза, сообщила:
- Оно на двух гвоздях держится. Знаете, мне что то так жить захотелось - я лучше буду в коридоре на коврике спать.
- Ага, - мрачно сказала Катя, - тогда надо веник завести, чтобы все по сценарию было.
- Зачем веник? - не понял Ерохин, дитя нового времени, уже не заставший многих шедевров отечественной мультипликации.
- Чтобы ее веником лупить, когда не слушается, - пояснила Катя, слегка дурачась.
Женя выкатил глаза, удивляясь странным традициям пришельцев с далекой Альфы, и стал похожим на больного базедовой болезнью. Взгляд Ленуси задержался на нем, и она изрекла: "Я смазал склеру вазелином, и, оттянув веки, ввел глазное яблоко в глазницу. Морда собаки приобрела более благопристойный вид, но, на всякий случай, я зашил веки".
Катя скисла в приступе дурацкого смеха и доверительно ткнулась в грудь Жени, будто ее шея утратила функцию держания головы.
- О чем это они? - осторожно спросил тот у Мадины.
Мадина пожала плечами, потому что тоже мультиками и полезными книжками Дж. Хэрриота не увлекалась. Она относилась к подругам как к душевно больным, но родным детям: не особо вникала в смысл их порой неразборчивого бреда, но и не бросала их на произвол судьбы.
На данный момент ее больше интересовало наличие койко-мест. Остальным эта мысль в голову почему-то не пришла.
- Вся мебель здесь, - развел руками Женя. - При всем моем горячем желании больше ничем помочь не могу.
- А как на счет соседей?
- Дык соседи мои дрыхнут, а вообще тут людей немного, квартиры пустые.
- Пустые? Это еще лучше. Отсутствие людей не означает отсутствие мебели! - заявила Мадина. На нее нацепили манто и она возглавила поисковую команду.
Пестрая компания выползла в коридор, где веяли водочные зефиры и ковала узоры вечная мерзлота, и довольно-таки быстро дошла до первой пустой квартиры. Было темно, но пустота квартиры бросалась в глаза, ибо дверь ее попросту отсутствовала. В прихожей лежали остатки прежних пиршеств, битые бутылки, громко захрустевшие под сапогами, пустые, вмерзшие в лед пакеты из-под чипсов и прочая дребедень. Женя вошел в предполагаемый будуар первым и присмотрелся к нагромождению непонятных предметов. В седьмом часу утра в Переднево все еще темновато, что не удивительно при отсутствии уличного освещения.
Рыжик, обойдя кучу, пнул ее ногой, потом подергал за выступающие из нее детали.
- Что бы это ни было, оно уже давно издохло, - сказала Ленуся.
Рыжик, поднатужившись, рванул на себя некую плоскость, похожую на листовую жесть. С громким ледяным треском плоскость разорвалась, и у Рыжика в руках оказался порядочный ее кусок.