-Представляешь, я… Не знаю, о чем говорить… Словно итак друг друга понимаем. Лишние слова зря сотрясают воздух, вот…
-Ты хотела сказать, что мы будто на одной волне?
-Да. С тобой хорошо молчать. Нет, ты не подумай… Наверное, с тобой можно говорить обо всем, как с собой…
-Можем поговорить. Я не настолько устал, - Шакийор приподнялся на локоть, всем своим видом демонстрируя готовность к затяжным разговорам.
-Не сегодня, - воительница, вновь повинуясь неизвестному ей ранее порыву, вдруг резко вскочила и одарила горячим поцелуем в лоб воина кочевников. Что самое смешное, спустя несколько мгновений после внезапного осознания содеянного, она также молниеносно вернулась в свой угол и стыдливо спряталась среди камней. Друид, несмотря на присущую ему самому резкость и даже дикость, опешил и тоже не сразу сообразил, что к чему.
«Как ты так можешь… Ты из Ордена… Будущий воин Элиты! Он не знает, не знает, кто ты на самом деле… О чем вообще может идти речь! Глупая», - мысленно корила себя девушка, съежившись в углу и боясь посмотреть в сторону костра. К тому же, никогда, она в реальности не оказывалась наедине с симпатичным ей мужчиной, не считая, разве что, джинна. Но тот не являлся человеком и вряд ли был привлекательным.
Хотя… Этайн внезапно вспомнился тот момент в «оазисе», когда их с Линаром в обнимку «застукал» Хамид. Как же давно это было, даже не верится… Мысль о Линаре, совершенно внезапная, сильно остановила девушку. Можно сказать, эта мысль заметно снизила уровень страсти, тем самым, защищая от возможных последствий стремительно выходящих из-под контроля событий.
-Не надо себя осуждать, - мягко сказал он. – Я тоже этого желал.
«Вот от этого-то и страшно», - подумала Этайн, все так же не оборачиваясь.
-Не стыдись, - вновь сказал он и, так и не дождавшись ответа, медленно поднялся.
Этайн, наконец, отняла руки от лица и вновь посмотрела на главу рода Кайора. Если бы он знал, что она из ненавистного Ордена, то, что бы предпринял? Если чувства зайдут слишком далеко, тогда придется об этом сказать, тут же упомянув о Никайоре. Возможно, младший брат Шакийора и станет тем самым скрепляющим звеном, кто знает... А сейчас, нужно держать себя в руках. И с первыми лучами солнца отправиться в город.
Шакийору все еще было тяжело. Он просто приобнял Этайн, и они долго разговаривали. О пустыне, о прошлом и будущем, рассуждали на абстрактные темы… И молчали тоже, порой подолгу, слушая дыхание друг друга. Вскоре, усталость накрыла вначале Этайн, и та уснула прямо на плече друида. Затем, последовал в объятья сна и он сам.
Солнце уже вовсю заливало пустыню. Белый песок ослепительно сиял; небо, снова довольно чистое, отливало лазурью.
Этайн с Шакийором, щурясь от сильного солнечного света, вышли из грота. Вместе они дошли до холмов, и до солнечного города Аш-Шамс осталось совсем недалеко. Настало время расставания.
-Мне нужно идти, - сказала воительница скорей самой себе, чем Шакийору.
-Не буду тебя держать, хоть и не хотел бы отпускать. Не буду, потому что знаю, что еще увидимся, - он неожиданно мягко притянул Этайн к себе и поцеловал в лоб.
Она долго смотрела ему вслед. Прежде, чем скрыться за более высоким холмом, Шакийор вдруг развернулся и крикнул:
-Обернись!
Девушка обернулась. За городом Аш-Шамс, далеко на горизонте, ослепительно сияли крепостные стены других городов, словно отлитые из чистого золота. Удивительное свечение плавно струилось, переходило на небо, создавая впечатление, что города покрывает огромный полупрозрачный купол, отливающий перламутром.
-Так вот, какие они, города солнца, - вслух произнесла Этайн, на несколько мгновений забыв о Шакийоре.
Глава 9. Очень странные дела.
В общей комнате ни Линара, ни Асура, ни Онатаса не оказалось. Вероятно, все отправились на поиски внезапно пропавшей Этайн. Перспектива искать их по всему городу нисколько не радовала.
Солнце уже достигло зенита; с первыми лучами солнца, как было запланировано, встать не удалось.
Редко подводившая интуиция вела Этайн узкими улочками в самые захолустные места. Народ здесь был не самый приятный - кругом попрошайничали и приставали, пахло в квартале невыносимо гнусно. Однако, именно через этот квартал лежал путь к особому месту, куда по определенным дням стекается добрая часть города. Народ любит зрелища, народ любит ставки. Так же много кто любит проникаться чужой победой, незаметно для себя же приняв ее на свой счет. Как приятно поделиться с другом вестью о том, что тот, на кого ты ставил, победил в смертельной схватке! И не важно, что ты простой торговец, или даже обычный мелкий воришка. В этот день ты разделяешь ореол славы с победителем, хоть сколько-нибудь скрашивая бесхитростные серые будни.