-Идея с песком была неплоха, - подал голос Асур.
-Плоха была идея явиться сюда, вот что, - продолжал морально пилить воин с разными глазами. Причем один глаз, голубой, смотрел, будто с упреком, а второй, ореховый, с неожиданной теплотой. Эта теплота вдруг резко напомнила Этайн о Шакийоре.
-Слава всем богам сразу, очнулась, - заглянул в комнату, услышав голоса, Фазим. – Толпа уже успела в тебя влюбиться. Кстати, Маррон спрашивал о твоем самочувствии. Неплохо он тебя обучил…
Этайн даже приподнялась со своего ложа. Неужели, он заговорит? Нельзя упускать такой шанс…
-Можешь передать тренеру, что со мной все хорошо.
-Вообще-то, он хотел сам тебя навестить. Если ты, конечно, не против.
-Пусть приходит, - сразу отреагировала Этайн и окинула длительным намекающим взглядом всех остальных. Уходить они, походу, не собирались.
-Сейчас пошлю за ним. Скоро будет, - Фазим подозвал к себе одного из слуг.
-Так, вы убедились, что со мной все хорошо. Я поговорю со своим тренером, ладно? А то столпились тут в тесной комнате…
Асур с Онатасом, пожелав скорейшего выздоровления, быстро покинули комнату. С Линаром же оказалось все очень непросто, впрочем, как всегда. Этайн, с трудом отгоняя мечтательные мысли о Шакийоре, даже чуть разозлилась.
-Ты не слышал, да?
-Я остаюсь. Потом вместе с ним уйду, не волнуйся. И будешь отдыхать.
-Хочу поговорить с храмовником один на один. Ты не тренировался с ним. Итак, с таким трудом сейчас все достается. Своим присутствием ты все испортишь, - она почувствовала, как к ней издалека подступает ярость берсерка. Та самая, которой она была одержима во время ранения друида.
Что-то жуткое, нечеловеческое мелькнуло и в глазах вместе со всем сказанным. Увидев это, Линар молча удалился.
«На обиженных воду возят, как говорят бедуины», - подумала девушка.
Через некоторое время в дверях появился Маррон. Был он один, без слуг Фазима. Зашел в комнату храмовник несколько робко, все время отчего-то оглядываясь. Этайн рискнула начать разговор.
-Приятно, что ты справлялся о моем здоровье. Неожиданно, конечно.
Воин, ничего не ответив, вдруг закрыл за собой дверь на засов.
-Еще неожиданней будет для тебя узнать то, что я в курсе о твоей тайне. Ты не та, за кого себя выдаешь, - втройне оказалось неожиданным услышать что-то впервые от этой каменной скалы, говорящей голосом Варлама.
-И, кто же я, по-твоему? – с вызовом спросила Этайн.
-Ты из лавовых убийц, - выдал он, при этом многозначительно сплюнув. Как говорится, вместо тысячи слов.
-И, что с того? – холодно, без каких-либо эмоций, продолжала игру воспитанница Ордена.
-Убийцы, нелюди, - проскрежетал он.
-На себя посмотри.
Маррон одним прыжком оказался рядом с Этайн и чуть не напоролся на тот самый клинок из заколки.
-Не одному тебе удивлять. Наивно думал, что я безоружна? И, что ты собирался делать, высказав мне все?
Храмовник чуть отшатнулся назад. Но воительница, окончательно поднявшись, все так же касалась клинком его шеи.
-Не всю жизнь я пробыл на арене. Один раз удалось сбежать, правда, идти было некуда, потом пришлось вернуться к Фазиму от безысходности. Видел тебя однажды в скалах, недалеко от вашей резиденции. Несколько лет назад, - Маррон заметно сбавил обороты. – И собирался рассказать кочевникам, кто ты. Пускай сами решают, и поступят с тобой по своим правилам.
-Ты этого не сделаешь, - все также спокойно продолжала Этайн.
-Убьешь меня прямо здесь? Не много ли потом будет вопросов? – ухмыльнулся он.
-А ты хочешь знать хоть что-то о своем отце?..
-Откуда ты… Ты знаешь моего отца?! – Маррон изменился в лице. Теперь оно перестало казаться маской и вмиг оживилось.
-Знаю храмовника Варлама, как же. Доводилось вместе сражаться.
-Он опустился до того, что сражался плечом к плечу с Эль-Хэммам? Или…
-Нет, - перебила Этайн, - Ты все правильно понял. Мы с ним действительно союзники. Я расскажу тебе все. И поясню то, зачем сейчас всем жизненно важно объединиться. Прости, но ты знаешь все только по слухам, и слабо знаешь, что происходит наяву, за пределами «ямы».