-Вообще, мне передала моя охрана. Потому, повторюсь, не могу сказать, от кого именно.
-Что же, спасибо. И спасибо вам … за кров, - Этайн со скоростью стрелы вылетела из таверны, на ходу разворачивая записку.
-Всего доброго! – вполголоса ответил ошарашенный такой скоростью хозяин гостиницы.
Завернув за угол, она отдышалась и рассмотрела клочок бумаги, на котором было нацарапано:
«К Менесу не торопитесь, опасно. Без меня не отправляйтесь. Скоро прибуду к Кайору.»
В.
Вот тебе и новость.
Значило ли это, что Варлам уже встретился со своим сыном? Что за странные перевороты происходят у кочевников, и, к чему все это приведет? Обретенная несколькими часами ранее ясность вновь расплылась в туманных предположениях и домыслах. Словно четкие очертания города солнца стали расплываться, таять, и вскоре исчезли совсем в призрачном тумане, сотканном из молочной влаги.
Некая эпидемия прокралась в тихое, мирное пристанище рода Менеса. Только вот какого рода эта зараза, пока неизвестно. Одно ясно точно – нечто разлагает и разобщает кочевников. Значит, и вправду, не только в Ордене все печально.
Напряжение внутри превратилось в волнение. Этайн вновь свернула и спрятала записку в карман накинутого на плечи просторного одеяния. Не торопиться… Шакийор и его воины, напротив, считали, что нужно все разрешить как можно скорее. Выходит, нужно всех задержать на стоянке Кайора, и попытаться пояснить ситуацию. Но, кто такой для кочевников храмовник Варлам? Авторитетом он был только для Джафари. Остальные же, как относились всегда с пренебрежением к любым орденам, так и сейчас не особо жалуют их представителей. Видимо, придется учиться переговорам.
В так называемое «логово льва» решили отправиться поодиночке. Этайн собиралась прийти последней; и время ее как раз подходило. Перед самым прощанием с городом солнца ей еще раз захотелось пройти через квартал «ямы». Наверняка там все развалилось после гибели Фазима.
Усадьба его оказалось пустой и нетронутой. В ней больше не кипела жизнь – стража отсутствовала, и слуги не разносили редкий гранатовый сок. Как же, казалось, давно это было – ее безумное предложение участия в боях, знакомство с Марроном, изнурительные тренировки и в сырых подвалах, и под палящим солнцем…
Всех бойцов перекупили хозяева арены. Скоро они перевоспитают их на свой лад, и, быть может, они станут настоящими гладиаторами – образцовыми воинами арены. «Такие бойцы бы сильно пригодились в грядущих сражениях с Севером», - промелькнула весьма полезная и небезосновательная мысль.
Но на созерцание опустевшей части квартала не было времени. Накинув капюшон, и не оборачиваясь, Этайн покинула квартал, а вскоре, выбралась далеко за пределы города, следуя по белым пескам.
При подходе к краю белой пустыни она еще раз обратила внимание на изваяния, созданные ветром. В прошлый раз, при самом знакомстве с белой пустошью, они были другими…
В очертаниях упорно просматривались гротескные черты человеческих лиц. Застывшие лица хотели что-то сказать, дать знак, но у кого есть время расшифровывать застывшие послания...
Этайн внезапно остановилась. «Не торопитесь», - проплыли перед глазами жирные буквы из послания Варлама.
«Обуздай свои страстные порывы. Не сближайся с Шакийором», - вдруг сказала одна из фигур.
«Война приближается медленно, но верно; она похожа на слишком затянувшиеся раскаты грома, предвещающие страшную грозу», - прошелестела вторая.
«После возвращения с того света… Главное, не изменить своей истинной природе. Меняясь, не изменить себе…», - подхватила третья.
Этайн так и застыла, подобно одной из фигур. Покидать белые пески больше не хотелось – хотелось жадно внимать их пророчествам, ловить каждое слово, каждое дуновение ветра…
Вдруг ее кто-то подтолкнул вперед. Наваждение исчезло. Фигуры молчали, да и странные лица более в них не просматривались.
-Бывает же, - вслух высказалась немного пораженная воительница.
Больше ничто не беспокоило и не занимало мысли, вплоть до прихода на стоянку Кайора.