Облик этой женщины целиком и полностью соответствовал устоявшемуся стереотипу колдуньи. Черные, как смоль, волосы; такие же глаза, вспыхнувшие недобрым огнем; и при этом поразительно бледная кожа для жителя пустыни. Тонкие губы искривились в презрительной усмешке, и сущность разразилась до ужаса знакомым смехом.
Джафари, до этого момента пребывавший в трансе, отскочил подальше и схватился за голову. Его воины, прежде мирно сидевшие за столом, встали все разом и вынули из ножен мечи.
Ведьма, не переставая дико смеяться, указала пальцем с неестественно длинным ногтем на Этайн и стоящих подле нее воинов. Ведомые черной магии, те ринулись в бой.
-Нет! Стойте! Мы свои! – кричали воины рода Кайора наперебой.
К сожалению, это никак не помогло.
Из других входов в пещеру военного совета начали проникать остальные бойцы Джафари, очевидно, тоже в трансовом состоянии. Превосходящие числом, они окружили пришельцев, которые только оборонялись, не желая убивать братьев.
Все это удивительно напоминало кошмарный сон – нельзя было ни атаковать, некуда было и отступить; разве что только ноги не ощущались ватными.
И, чтобы вывести всех из транса, нужно убить ведьму, которая весьма предусмотрительно окружила себя толпой воинов рода Менеса.
-Не делай лишних движений, - шепнула Этайн Шакийору. – Как видишь, это бесполезно.
-Еще немного, и ярость достигнет предела. Я перевоплощусь и перегрызу ей глотку, - ответил, вернее, прорычал тот, действительно меняясь. Зрачок приобрел вертикальную форму, тело местами покрылось светлой шерстью.
-Нет, - несколько умоляющим тоном попросила Этайн. – Один ты не справишься. На этот раз, они подготовились.
-Что делать будем? – даже Линар паниковал.
-Видимо, то, что следовало делать на стоянке Кайора – ждать Варлама. Тянуть время, - девушка сама до конца не верила в правдивость своих слов.
Однако, мысленные посылы Бероэса оказались верными. Кочевники, что находились в трансе, вдруг начали ослаблять натиск. Кольцо вокруг воинов Кайора и орденцев распадалось - несчастные отступали ближе к ведьме.
С той стороны, откуда пришли орденские с бойцами Кайора и Онатасом, появился Варлам. За эти несколько недель он будто преобразился – кожа загорела, приобрела здоровый вид, в отличие от того землистого оттенка - каким застали храмовника впервые, в подземелье. Шел он гордо, излучая силу, и от одного его взгляда все отступали.
Ведьма перестала смеяться.
-Что, здесь трое избранных. Испугалась? – громовым голосом молвил он.
Шакийор, все же не перевоплотившись до конца, воспользовался заминкой и оказался рядом с нечистью. Прежде, чем та успела испробовать свой остаточный арсенал черной магии, друид перерезал ей горло. Тут-то началось настоящее представление, пугающее своей реалистичностью.
Сущность покинула умирающее тело. Своды пещеры заполнились черным туманом, отвратительно запахло гарью. Дышать стало нечем в прямом смысле этого слова. Яростный визг и шипение сменились громоподобными звуками.
Этайн поняла, что разыгралось сражение между силами высшего порядка. Люди здесь бессильны. Что происходило за черной пеленой, того действительно лучше не видеть и не знать.
Все, кроме троих избранных, упали на пол и заткнули уши, не выдерживая страшных звуков.
-Нужно вывести всех отсюда, - до Этайн и Шакийора донесся преувеличенный в разы по громкости голос Варлама.
Им удалось растолкать, поднять на ноги постепенно сходящих с ума воинов и вывести из пещер. По пути Варлам приказал покинуть пещеры и всем остальным, кто оказался на стоянке в этот жуткий день. В тот самый миг, когда последний кочевник вышел на свет, из расщелины в скале вырвался вихрь. Присмотревшись внимательней, воины увидели, что в потоке сцепилось несколько сущностей сразу. Светлое переплеталось с аспидно-черным, и при этом часто возникали огненные всполохи, невероятно яркие вспышки, что удивительно напоминало тифон.
Такого мощного энергетического удара не выдержала даже скала, и начался камнепад.