Миг… вечность… бесконечность…
Никем не замеченная, в окно влетела птица-судьбы Хума, опустившись на плечо Шугу, что-то прошептала и улетела. Отойдя к окну, Шуг стал посылать свои слова-молнии в долину драконов.
‒ Помоги. Вспомни девочку в клетке. Шуг медленно входил в сон драконихи Лэнгли: потихоньку, осторожно пробуждая ее. Когда дракониха полностью проснулась, он послал ее в меж-пространство…
Громко хлопнула дверь. В зал вошла предсказательница Рамла.
‒ Игра закончена, ‒ с печалью оглядев всех, произнесла она. Присутствующие в зале с трудом оторвались от завораживающего танца-борьбы Дугаэла и Эльдоры и с недоумением оглянулись. Рамла, протягивая руку, указывала на меж-пространство. Высоко в небе над ущельем парил дракон, лучи его души подпитывали Джиотсану, которая с неистовым упорством карабкалась наверх. Зал притих наблюдая. Время, оббежав круг, остановилось. Дракон и Джиотсану. Две души сплелись став единым целым. Дракон, стремительно спикировав вниз, подхватил падающую женщину и, взлетев, мгновенно исчез. Небо в меж-пространстве вспыхнуло сиреневым цветом нежданной победы.
‒ Нет, ‒ с ужасом закричал Сеумас, ‒ этого просто не может быть.
‒ Победа Джиотсану, ‒ провозгласила торжественным голосом Кали.
Тяжело дыша, упал на стул Дугаэл, силы покидали его, он жутко устал в прошедшей битве. С торжествующей улыбкой мимо него проплыла Эльдора, протянув руку сестре, они вскочили на огненных коней и были таковы. Гости в бальном зале потихоньку приходили в себя. Джеро рвал на себе волосы от ярости. Авель бочком пробирался к двери. Ильгиз также отстраненно смотрел в окно. Бентрис суетилась возле Сеумаса, нежным голосом успокаивая его. Эррол своим веером обмахивала Дугаэла, воркуя что-то шепотом ему. Лямис сердечно улыбалась. Лиусэйдх искренне радовалась: наконец-то у нее появиться день свободы, и она потратит его по своему усмотрению. Анана с сочувствием поглядывала на Сеумаса, она не была злопамятна, ей всегда было жаль слишком самоуверенных людей, когда они падали с облаков на землю. На Джаннет было больно смотреть, так она сияла своим торжествующим видом, аура энергетики била через край. Анана знала, что подруга празднует в душе две победы. Про одну не знал никто, небожители будут считать, что она выиграла исполнение желания, ведь Джаннет при всех ставила на Сеумаса. Сутки рабства для Джеро ‒ вот где был удар, не в бровь, а глаз. Джеро можно пожалеть, испытания предстоят еще те… Как от награды, так и от наказания не уйдет никто, Кали всегда все тщательно контролировала.
Хейзи наконец-то пришла в себя. Да, вмешались иные силы, а с ними тягаться она не могла. Обычно Нокс не вмешивался в развлечения ее царства сна, что же изменилось, что-то происходило, не подвластное ей. Она была в стороне, Сеумас явно что-то скрывал, что-то не договаривал, темнил, изворачивался. Конечно, Хейзи знала, что Сеумас под крылышком Самая, но ее использовали как пешку, не раскрывая до конца карт, а она этого страсть как не любила. Хейзи была в гневе. С яростью зашипев на Сеумаса:
‒ Упустили?!
‒ Упустили.
Она задыхалась от переполнявших ее чувств, повернувшись к испуганному фавориту.
‒ Вон, все вон!
Хейзи уже не могла, да и не хотела контролировать свои эмоции. Сеумас сжался в комочек, тая на глазах.
‒ Все вон!
Через минуту зал опустел.
Сон драконицы
Мягкий сон обволакивал ее тело, она нежилась в нем, переворачиваясь с боку на бок и безотчетно улыбаясь чему-то. Рядом с ней был Кемран: ее любовь, друг, наслаждение, утешение. Они купались в воздушных восходящих потоках, двигаясь по спирали. Переходили с одного уровня на другой, ловя то попутный, то встречный ветер, радовались как дети, когда попадался мощный воздушный поток. Бездумно они парили, наслаждаясь свободой, близостью друг друга, единением душ. Кемран, поймав волновой поток, взлетел высоко в небо, маня за собой. Лэнгли перевернулась на правое крыло, собираясь последовать за ним, когда услышала зов.
‒ Помогите, ‒ кричал голос, ‒ помогите! И было столько боли, ужаса и отчаяния в этой просьбе, что Лэнгли встрепенулась, сон прошел, как крылом сняло. Голос звал, манил, просил, умолял, требовал, и она не могла ему отказать. Драконица заметалась по логову, не зная, как помочь и чем, что необходимо сделать.