‒ Во, шутники, на первый раз прощаю, приступаем к еде.
Началось пиршество.
Когда все насытились, разбили лакомое яйцо. Терлаг по привычке стала пересчитывать птенцов, чтобы всем досталось поровну, двоих не хватало.
‒ Ох, Диндар, мы оставили Инчара и Джуму разведать один из лазов.
Ее охватила безотчетная тревога, на душе стало неспокойно.
‒ Вы тут мне забили голову своими плодами, ‒ Терлаг так глянула на Томакхена, что он, бедный, поперхнулся.
‒ Все, я полетела, вы остаетесь, из гнезда ни шагу, отдыхайте.
Айли в расстроенных чувствах направилась к выходу. Подлетев к дыре в горе, Терлаг принюхалась, все было чисто, она зашла и, первым делом, направилась к пещерке с яйцами. Все в порядке, на песке просматривались только ее следы. Подойдя к центральному лазу, айли осторожно просунула голову, принюхалась, все чисто, и вошла в лаз. Инчанур и Джума были одни из самых расторопных птенцов, как они могли забыть ее наставления. Терлаг углубилась в лаз, стены сверкали голубыми искрами, изредка попадался и красный цвет, затем он сменился чисто белым. Айли остановилась, замерла, ей все это не нравилось, принюхалась, вроде чисто и двинулась дальше. Пройдя немного, она остановилась, лаз круто шел вниз. Терлаг все же решила пойти по нему. Углубившись, она стала звать своих птенцов, рокотать призывную песню, но все было напрасно, в ответ ей только звучала тишина. Рискнув, айли решила двигаться дальше. Шаг, второй, третий, остановка, замерла, принюхалась, снова вперед. Так она медленно и осторожно двигалась все дальше и дальше. Где-то там вдали послышался шорох, Терлаг застыв, замерла, принюхалась, пахло змеями толстухами-диафораксами. Очень медленно, стараясь не дышать, айли развернулась и помчалась обратно. Как она очутилась возле выхода, Терлаг не помнила, настолько все быстро произошло. Одно она поняла, что потеряла двоих птенцов. Мысленно айли всегда была готова к потерям, но когда та пришла, она не ожидала, что будет так больно. Терлаг до того расстроилась, что лапы отказались ей повиноваться, и она плюхнулась на песок. День катился к закату, прекращался гомон птиц и животных, пора было возвращаться, но Терлаг не в силах была подняться. Сидя на песке, она раскачивалась из стороны в сторону, рокотав призывную песню. Обессилив, айли расправила крылья, обнимая пустоту пещеры, положила голову на песок, застыв без движения. Там и нашел ее Джитуки. Влетев в пещеру и увидев неподвижную матушку, птенец опешил, а потом бросился к ней и стал ее тормошить.
‒ Мама, очнись, да очнись же ты наконец.
Джитуки не на шутку испугался, что он будет делать, если ее не станет. В его планы это не входило. Развернувшись, птенец бросился прочь. Вылетев из дыры, он прямиком направился к небольшому озерцу, расположенному недалеко от их нового дома. Спустившись, он набрал в клюв воды, даже не подумав о хищниках, которые могли здесь жить, и стремглав полетел обратно. Зайдя в пещеру, он подошел к матери, уселся рядом, лапами раздвинул ее клюв и влил воду. Терлаг автоматически глотнула воду и открыла глаза.
‒ Мамочка, ты так меня напугала.
Он раскрыл крылья и обнял ее. На душу Терлаг снизошло умиротворение.
‒ Сынок, мы потеряли Инчанура и Джуму.
‒ Мамочка, это я виноват, лучше б я пошел в тот лаз.
Терлаг, представив своего любимца в пасти змей-толстух, вздрогнула.
‒ Нет, нет, сынок, ты не виноват, это случайность.
‒ Мамочка, полетели в гнездо, я и так ускользнул оттуда тайком, папа будет ругаться.
‒ Не будет.
Подойдя к выходу, они спикировали вниз. Возле гнезда, переминаясь с лапы на лапу, стоял Диндар. Взошли первые небесные светила, от озера повеяло прохладой. Птенцы устроились по своим гнездышкам, но не спали и тихо рокотали, обсуждая события прошедшего дня. Исчез Джитуки, не возвращалась Терлаг. Заслышав шелест крыльев, Диндар поднял голову к небу, приближались пропавшие айли, двое, не четверо.
‒ Наконец-то, я уже и не знал, что думать.