Волны катились впереди летящих драконов, каждый исследовал свою часть пространства.
Лэнгли подала мысль о препятствии слева. Драконы остановились, медленно работая крыльями.
‒ Веерный посыл волн, вдруг ‒ парящая скала, начали, ‒ настроила всех желтая.
Препятствие, пустота, выемка, препятствие, пустота.
‒ Проход? Ущелье?
‒ Нет, слишком узкое.
‒ Хотя, как знать?
‒ Рискнем? Тем более что оно ведет на запад.
Фанис рванул вперед. Оранжево-огненная шкура полыхнула огнем, пробивая клочья густого серого тумана, освещая кусочек прохода. Крылья его с двух сторон касались скал.
‒ Интересно, островки скал дрейфуют или неподвижны? ‒ Фанис повернул голову.
‒ Этого мы пока не знаем, ‒ ответила Адвар и двинулась вслед за сыном.
Драконы медленно полетели вперед, полусложив крылья.
Стояла абсолютная тишина, ни пения птиц, ни завывания ветра.
Фанис со всего маху ударился левым крылом, когда дрейфующая скала круто сделала поворот, и, не сдержавшись, ахнул от боли. На Адвар фонтаном полилась кровь. Она не растерявшись, сразу среагировала, взмыла вверх и пустила тонкую струю огня на рану. Кровь сразу же запеклась.
‒ Спасибо, мама, ты вовремя.
‒ Давайте немного оплавим встречающиеся скалы, чтобы было легче лететь, ‒ предложила Лэнгли.
‒ Только при острой необходимости, согласны, ‒ отреагировала Адвар.
Теперь желтая летела впереди, осторожно выпуская языки пламени.
‒ Стоп, препятствие ‒ впереди.
Адвар показала картинку мыслеобраза. Драконы замерли.
Волны вверх, еще выше, и еще. По левое крыло, по правое. Скала резко уходила вверх, узкий проход закончился тупиком.
‒ Придется рискнуть. Подымаемся.
Фанис недовольно что-то пробурчал. Почти касаясь друг друга крыльями, они начали подъем. Отвесная, почти гладкая скала была высокой. Летели в необычном густом коричневом тумане. Пламя, вырываемое из пасти Адвар, освещало лишь небольшое пространство.
Все устали, особенно Фанис. Раненное крыло начинало сильно болеть.
‒ Если подъем продолжиться еще столько же, то я упаду, ‒ думал он.
Адвар, как почувствовав, что сыну плохо, послала мыслепросьбу Лэнгли испустить звуковые волны по правое крыло.
Веер волн стремительно полетел вправо.
– Всем остановиться, ‒ скомандовала Адвар.
Оранжево-огненный с облегчением вздохнул.
‒ Фанис, пролети вправо на твое крыло и на полкрыла вверх, там небольшой уступ, ты можешь немного отдохнуть.
Фанис, поднявшись, зацепился когтями за выступ скалы, и дернулся вверх, пружиня тело в броске. Глаза раненого дракона слипались от усталости.
Лэнгли и Адвар застыли, отдыхая, еле-еле перебирая крыльями.
‒ Не спать, заснешь – не проснешься.
В глаза оранжево-огненному смотрели требовательно-сочувственно нежно голубые глаза.
‒ Почему?
Вопрос остался без ответа.
‒ Вам пора, потерпи, осталось немного.
Фанис встрепенулся, почувствовав прилив сил.
‒ Мама, полетели, я отдохнул.
Фанис направил часть приобретенной энергии сначала матери, потом Ленгли.
‒ Откуда, сынок?
‒ Не пойму сам.
‒ Летим дальше.
Драконы осторожно начали подъем. Грязно-коричневый туман сменился молочно-белым. Дышать стало немного легче. Посланный Адвар веер волн не вернулся. Пустота.
‒ Впереди нет препятствия. Горы закончились. Пролетаем немного вперед и спускаемся, ‒ повернув голову к спутникам, проговорила желтая.
Поймав воздушный поток, все с наслаждением ринулись с высоты вниз. Облака постепенно сходили на нет, открывая взору драконов широкую долину. Вдали на горизонте виднелось то ли море, то ли река. Перелет был закончен.
Возвращение Джитуки
Терлаг, слетав за сон-ягодой, ждала птенцов в пещерке, меряя ее шагами. В голове роились самые неподходящие мысли: то айли представляла себе птенцов в пасти змей-толстушек, то они исчезают в огненном фонтане, вырывающемся из пасти драконих, то теряются в бесконечных горных проходах. Айли по очереди подходила к лазам, прислушивалась, даже немного проходила по ним и возвращалась.