Он еле-еле работал крыльями, чтобы медленно лететь, осматривая все. Все живое спешило укрыться в тени деревьев, уползти в норы, в воды озер или болот.
Неожиданно послышался плач-рык, дракон в недоумении стал осматривать огромные деревья, откуда доносилось жалобное завывание.
‒ Ничего не видно. Придется выпускать лучи поиска, ‒ пробурчал он, ‒ мне сегодня явно везет…
Скоро Бхэтэйрн получил картинку. Детеныш смилодона запутался в изогнутых ветках лиан, которые во множестве переплетали матановое дерево.
‒ Как угораздило тебя оказаться здесь, малыш?
Серый постарался, чтобы его мысленный вопрос звучал мягко.
Смилодончик поднял голову, ища того, кто разговаривал с ним, и, не найдя, начал плакать снова.
Дракон, вися на воздушной волне, погрузился в раздумья: бросить – жалко, взять с собой ‒ потратит время на поиски матери этого котенка.
‒ Ладно, возьму.
Жалость переборола разум. Огромные когти протянулись к детенышу, прорывая преграду и осторожно взяли. Смилодончик вначале зашелся криком, а потом успокоился, уютно устроившись в лапах.
Припекало, дракон летел, лучи поиска впереди него. Смилодонов нигде не было видно.
‒ Вот не везет!
Наконец-то лучи нашли пустоту в ближайшей горе. Пещера и довольно большая, места ему хватит.
Серый спустился вниз. Выступа почему-то не было, пришлось сразу нырять внутрь. Стены пещеры светились тусклым грязно-зеленым цветом, постепенно сменяясь наверху ярко-желтым. Дракон, опустив на дно малыша, тот даже не проснулся, решил обследовать место своего временного пристанища. Испустив веером лучи поиска, Бхэтэйрн замер ожидая ответа.
‒ Так, прямо – преграда, вправо – тоже, налево – пустота. Двигаюсь влево, ‒ решил дракон, медленно вышагивая по пещере. Все органы чувств серого обострились, он чувствовал малейшее шевеление серо-зеленого песка под лапами. Огромное пространство над головой то сужалось, то расширялось. Цвет стен от тускло зеленого начал переходить то в ядовито-желтый, то в багрово-фиолетовый. Бхэтэйрну становилось не по себе, он несколько раз пытался повернуть обратно, но какая-то неведомая сила тащила его вперед и вперед. Светящиеся вкрапления камней на стенах начинали пульсировать, когда дракон слишком долго задерживал на них взгляд. Голову постепенно обволакивало туманом. Еще чуть-чуть и разум уйдет из-под контроля. Серый с трудом поднял голову вверх, отрывая свой взгляд от стен.
‒ Закрой глаза, закрой, ‒ услышал он шепот.
Дракон решил послушаться и осторожно закрыл глаза. Стало лучше, ушло давление на мозг. Не в силах остановиться, он начал испускать лучи и двигаться по ним. Скрипел под лапами песок, по коже дракона пробегали волны то теплого воздуха, то холодного. Постепенно его стало трясти от перенапряжения, сначала мелкой дрожью, а потом все крупнее, набирая обороты.
‒ Иди быстрее, будет легче, ‒ прошелестела душа.
Серый, превозмогая себя, ставя дрожащие лапы на песок, начал двигаться быстрее.
‒ Шаг, еще один, следующий. Какой по счету? Четвертый, пятый… десятый...
‒ Песок становиться холоднее и вроде бы мокрее, ‒ бормотал про себя дракон.
Сделав следующий шаг, он оказался почти весь в воде.
‒ Ничего себе, ‒ воскликнул он, ‒ вода холоднющая, ‒ и быстро открыл глаза. ‒ Лучше б я этого не делал, ‒ сокрушился серый.
Огромная пещера была полна костей, разбросанных в беспорядке. Маленькие кучки, большие, в некоторых местах прямо-таки огромные.
Он сам стоял в узком подземном озере. Неслышно перекатывались небольшие волны, бегущие в одном направлении, хотя не чувствовалось ни малейшего ветерка. Вода светилась нежно-голубым цветом, с оттенком серебра, звала и манила испить ее.
Бхэтэйрн наклонил голову, высунул язык и осторожно лизнул воду, пробуя ее на вкус.
‒ Хороша, рискну.
Дракон пил и не мог напиться, заставляя себя прекратить свою ненасытность.
Вода струилась в нем, наполняя каждую клеточку, восполняя потерю силы, очищая разум, наполняя бодростью и оптимизмом, желанием преодолеть все и вся. Почувствовав, что напился, серый оторвался от воды и с интересом стал осматривать пещеру. Стены светились всеми немыслимыми цветами, плавно переходящими один в другой, струились змейками, бегущими в глубь пещеры, неистово маня за собой.