Малыш стал раскачиваться туда-сюда, закрывать и открывать лучики лепестков.
‒ Ирангэ!
Цветок вздрогнул и раскрыл свою голову.
‒ Что случилось?
‒ Глубокой ночью я почувствовал, как души моих родственников возрождаются, покидая тьму небытия. Когда взошли первые лучи Аддан, я был потрясен увиденным. Понимаете, я не могу потерять их вновь!
‒ Теперь не потеряешь, все будет хорошо, ‒ ласково сказала Адвар.
‒ Вы не понимаете! Потеряю, еще как потеряю! ‒ Мысль Ирангэ зашлась в крике.
‒ Почему? ‒ Драконы переглянулись.
‒ Он, скорее всего, еще не пришел в себя, ‒ послала мысль Лэнгли.
Цветок посмотрел каждому дракону в глаза, призывая вслушаться в его слова.
‒ Иранги ‒ ночной народ. Днем, в самую жару, сворачиваем мы свои стрелы-лепестки, поворачивая их ребром под палящими лучами двух огненных звезд. Рождаемся в сезон дождей и то крайне редко. Почему? Не знаю. Растем очень-очень медленно, в основном во время дождей, учимся питаться шайнир – световыми частичками небесных огненных стрел. Живем долго, сотни тысяч оборотов Аддан по небесному склону.
‒ Сотни, тысячи лет! – не сдержавшись, воскликнул Фанис.
‒ Да, но палящие лучи звезд для нас – гибель. Новорожденные ростки не умеют контролировать поток световых лучей, этому учатся постепенно.
Теперь пришло время удивляться для драконам.
‒ Вы, понимаете? Они распустились для гибели, я ничем не смогу им помочь…
‒ Вот так поворот судьбы, ‒ выдохнул Фанис.
‒ Нам надо подумать, ‒ вздохнула Адвар.
Трое драконов стремительно поднялись в небо. Поймав воздушный поток, они зависли, размышляя.
‒ Можно летать в самую жару всем троим над поляной, так мы создадим тень.
‒ Нет Фанис, это рискованно, рано или поздно мы спалим свои шкуры, и сами погибнем и цветам не поможем.
‒ Можем, не можем, мы должны найти выход, мама.
Аддан с каждым мгновением все быстрее вышагивала по небесной дорожке, взбираясь ввысь, а драконы все не могли найти выход.
‒ Может, стоит попробовать вырвать с корнем дерево и положить его у края обрыва, оно даст тень.
‒ Фанис, ‒ укоризненно покачала головой Адвар, ‒ рано или поздно огненные звезды высушат дерево, и оно рухнет на головы иранги.
‒ Тогда нужно живое дерево и не одно, а несколько, для подстраховки.
‒ Лэнгли, ты летишь по правое крыло, Фанис – по левое, ищите подходящие деревья, растущие над ущельем. Я за живительной водой.
Спустившись к источнику, Адвар убрала голову старика. Зеркальная гладь воды была светло-фиолетового цвета.
‒ Прошу тебя, дай нам немного своей живительной силы, мы хотим помочь иранги, попавшим в беду из-за моего сына, ‒ неожиданно для себя послала воде мысль дракониха.
По воде пошли круги, и она стала темнеть, приобретая темно-фиолетовый оттенок.
‒ Можешь набрать несколько глотков, ‒ прозвучал журчащий мелодичный голос. ‒ Ты первая, кто испросил разрешения. Удачи вам!
Адвар с превеликой осторожностью набрала в рот немного воды, ощущая неловкость из-за того, что как бы пьет живое существо. Вздохнув с облегчением, она поднялась в воздух.
Прилетев на поляну дракониха увидела, как Лэнгли и Фанис подпаливают корни гинкгового дерева, наклоняя его своими лапами так, что оно падало поперек ущелья. Лэнгли критическим взглядом осмотрела упавшее дерево. Ажурные ветви занимали большое пространство, веерообразные огромные листья давали много тени.
‒ Не мешало бы еще одно.
‒ Доведем до ума это. Я полетела за землей, присыпать обожженные корни. Фанис, ты набери в речушке воды полить дерево.
Адвар осторожно уселась сверху дерева, проверяя прочность импровизированной крыши.
Вскоре прилетела Лэнгли с большим комком земли в лапах, Фанис с водой. Закипела работа. Адвар вылила первый глоток живительной воды, сверху драконица – земли, Фанис – простой воды.
‒ Приступаем к следующему.
Три дерева перебросили драконы через пропасть ущелья.
‒ Спускаемся на поляну.
Один за другим они влетели в построенный импровизированный дом.