Переодевшись, Руслан вымыл раковину, убрал в карман грим, бритву — если кто-то начнет его искать, то бритва в квартире бородатого мужчины вызовет подозрения, до женской эпиляции здесь не додумались — оглядел в последний раз квартиру…
Остановил руку, дернувшуюся было перекреститься. Выработал же привычку, а ведь американцы, в большинстве своем — протестанты, которые не крестятся. Надо следить за собой.
Вышел и закрыл дверь.
Пора уходить. Из дома, из Петербурга, из России. Но сначала — еще одно незаконченное дело…
На заваленный баночками с гримом стол Рейнарда, глухо звякнув, лег увесистый сверток.
Рейнард отказывался от оплаты своей помощи. Руслан в конце концов признался ему в своем настоящем происхождении и фокусник считал своей платой рассказы о том, какие фокусы появятся в будущем. Особенно его впечатлила история Гарри Гудини. Рейнард даже упомянул, что, возможно, попробует повторить часть его трюков и, если они удадутся — переедет в США. Такие планы Руслана не пугали — навряд ли Рейнард все же сможет их повторить, для этого Гудини понадобились многолетние тренировки. А если все же и переедет — США большие. Спейиально же искать его фокусник не станет — Руслан, опять же обиняками и намеками дал понять, что в его планах — Америка не Северная, а Южная.
Еще один ложный след. На всякий случай.
Хотя в Рейнарде Руслан был все же уверен.
Был один случай, когда фокусник застал его в предосудительной позе со студенткой-соседкой. И мог рассказать об этом Юле, вернее — намекнуть, что расскажет. Да хотя бы пошутить на эту тему: как известно, в каждой шутке лишь доля шутки и очень часто шутя люди выдают свои тайные мысли и желания.
Рейнард не стал подшучивать.
Да и вообще — как-то неправильно никак не отблагодарить того, кто сейчас нешуточно рискует ради тебя. Конечно, вероятность того, что Рейнарда опознают при допросе как соседа Руслана, крайне мала, а даже если и опознают — он просто пожмет плечами и скажет, что Лазаревич попросил его по-соседски. Но риск все равно был.
Поэтому на столе фокусника остался сверток с десятью тысячами рублей золотом.
Руслан открыл дверь квартиры Рейнарда…
Черт.
На пути между ним и дверью чердака, финишной прямой на свободу — препятствие. Сосед, практически упершись головой в косяк и что-то неразборчиво бормоча, лязгает ключами, пытаясь попасть в замок. Безуспешно.
Ладно.
Не останавливаясь, как будто так и собирался, Руслан спокойно запер дверь и повернулся к лестнице. Спуститься на пролет ниже, якобы уходя, подождать несколько минут, пока не вовремя вернувшийся домой алкаш, наконец, не справится со сложным препятствием. Если за несколько минут все же не справится — вернуться в квартиру Рейнарда и подождать в ней.
Шаг к лестнице.
Движение за спиной.
Удар.
Темнота.
Глава 55
Руслана подвесили на дыбе и растягивали, пытаясь оторвать руки. Странно, но ноги палачей почему-то не заинтересовали. Странные это были палачи — они зачем-то запихнули Руслана вместе с дыбой в бассейн, наполненный перегнившим содержимым мусорных баков. Уровень этой отвратительной массы дошел уже до губ Руслана и затекал в рот, который он почему-то не может закрыть.
В этот момент Лазаревич очнулся.
Дыбы не было. Не было и гнилого бассейна. На этом хорошие новости заканчивались.
Он висел, привязанный за руки к балке… судя по всему, чердака. Возможно, даже, чердака того самого дома, в котором он до сегодняшнего дня жил. Сложно отличить один чердак от другого, в особенности если у тебя раскалывается голова и где-то на затылке пульсирует болью нехилая шишка. Правда, «висел» это сильно сказано, он все-таки мог стоять на ногах, даже не на цыпочках, но, правда, только вытянувшись в струнку.
Рот завязан какой-то вонючей тряпкой, запах которой не стоит того, чтобы его анализировать пытаясь определить составляющие вони, и так подташнивает.
Куртки нет, впрочем, это минимальная трудность, даже с учетом того, что во внутреннем кармане лежит браунинг. Когда у тебя связаны руки — пистолет не поможет. Его задача — помочь, чтобы тебе НЕ связали руки.
Что произошло?
— Мммм! — произнес Руслан то, что обычно произнося люди, которые поняли, что им заткнули рот. Получилось настолько неприятно, да еще и вызывающее ассоциации с судьбой Марселласа Уоллеса, что Руслан замолчал.