Руслан предполагал заселиться в гостиницу и сразу же выехать к Фрезе – адреналиновый ураган, бушевавший в крови от поездки по императорскому Питеру, требовал действий. Однако девчонки взбунтовались. В итоге выехали они только после плотного завтрака, душа, парикмахерской, где Юле с Аней сделали прически, а Руслану – превратили недельную щетину в короткую бороду.
После не менее плотного обеда девчонки высказали было желание вздремнуть и отправить отца и мужа одного искать своего автомобильного мастера. Но тут уже непреклонным был Руслан. После событий в Луге он боялся оставлять их одних.
Так как полицейский не подряжался постоянно водить их по городу и, получив желтую бумажку, уехал, пришлось договариваться с гостиничным персоналом о том, чтобы отпустили одного из сотрудников показать дорогу до Эртелева переулка. Ну как, договариваться. Руслан с надменным видом Мистера-Твистера – только сигары, дымящейся из-под полей низко надвинутой шляпы не хватало – спросил, может ли кто-нибудь проводить его до места. Тон вопроса подразумевал, что возражения не принимаются.
Опять поездка, с сидящим на переднем сиденье болтливым пареньком по имени Кондрат, решившим, что его пригласили на роль экскурсовода и возмещавшим поездку на "таком авто" словесным потоком.
– Это улица Гороховая…
– Кажется, здесь жил Распутин, – вспомнил Руслан.
– Почему жил? – обидчиво покосился Кондрат, – Он и сейчас здесь живет. Вон, дом номер шестнадцать.
Аня чуть не выскочила из машины, разглядывая горчичного цвета дом. К ее разочарованию, над ним не вились летучие мыши и вороны, да и вообще дом не походил на обиталище колдуна.
– Красный мост. Назван так потому, что если взглянуть на него сбоку – он покрашен в красный цвет.
"Спасибо, Кэп…"
– Каменный мост…
– Стоп, а остальные мосты из чего были?
– Из камня.
– Тогда почему этот называется Каменным?
– Не знаю, господин. Может, на него камень особый пошел…
Перед Каменным мостом им пришлось притормозить: дорогу перегораживал автобус. Старинный с широкими стеклами, площадкой на крыше, на которой тоже ехали люди, поднимаясь по лесенке сзади. Сейчас люди спускались. Подождав, пока выгрузится последний, автобус медленно, с натугой, въехал на крутой мостик. Пассажиры потянулись следом.
УАЗ фыркнул и ловко вскарабкался на мост. Кондрат восхищенно охнул.
Улица Садовая…
Бесконечно длинные ряды арок Гостиного двора…
Невский проспект, перед которым они долго стояли, ожидая возможности проскочить. Ни светофоров, ни регулировщиков, разумеется, еще не придумали…
Мост…
Особняк Юсуповой…
– Кондрат, помолчи.
Улица Бассейная…
– Ой, папа, это здесь жил рассеянный, с улицы Бассейной?
– Кто такой? – заинтересовался Кондрат.
– Детский стишок, – пояснил Руслан.
– Жил да был рассеянный, с улицы Бассейной…
– Аня, перестань.
Эртелев переулок. Дом десять. Конечная.
– Доброе утро!
Господин Фрезе, семидесятилетний, седой, но еще бодрый старик, выскочил навстречу Лазаревичам, потирая лоб, как будто пытался повесить часы над унитазом.
"Быстро он…". Руслан, передавая визитную карточку, предполагал, что ждать хозяина придется долго. Да и представлял он фабриканта автомобилей… несколько иначе. Этакий толстый вальяжный, типичный буржуй.
А господин Фрезе, если на кого и походил, так на доктора Эммета Брауна из фильма "Назад в будущее". Хотя и одет был не в белый халат, а строгий черный костюм, и волосы не торчали безумными лохмами. Наверное, сходство заключалось в седине, а также во взгляде. Взгляде гениального, но слегка безумного изобретателя.
– Петр Александрович Фрезе, – старик энергично потряс руку Руслана.
– Руслан Аркадьевич Лазаревич. Моя жена Юля, дочь Аня.
– Вы тот самый американец, о котором рассказывал Равиль Шарафутдинов? С автомобилем совершенно особой конструкции?
– Верно.
– Где он? – Фрезе подпрыгнул так, как будто, если бы услышал, что автомобиль остался в Луге, то побежал бы туда бегом.
– Здесь, во дворе вашей фабрики.
Пока они шли – вернее, почти бежали, еле успевая за Петром Александровичем – Руслан кратко рассказал свою легенду. Мол, сын русских эмигрантов, владелец мебельной мастерской, на досуге сконструировавший и построивший автомобиль, на котором и приехал в Россию.
Увидев УАЗ, Фрезе бросился на него, как волк на добычу. Он осмотрел его от крыши до колес – буквально, даже поковырял пальцами покрышки – запрыгнул в салон, покачался на сиденье, покрутил руль, выскочил наружу, щелкнул ногтем по зеркалу, попросил открыть капот, мельком бросил туда взгляд и повернулся к Руслану:
– Значит, это ваш автомобиль?
– Да.
– Отлично. Тогда расскажите мне, пожалуйста, одну вещь, господин Лазаревич…
Фрезе неожиданно резко повернулся к Руслану:
– Кто вы такой на самом деле?
Глава 19
Руслан понял, что предстоит серьезный разговор. Ошибка уже совершена: навряд ли фабрикант, собаку съевший на автомобилях (десять лет уже в бизнесе, если вспомнить рассказ Равиля) будет так же наивен, как лужские обыватели и не обратит внимания на характерные особенности конструкции.
Что стоило чуть раньше об этом задуматься?
– Этот автомобиль, господин Лазаревич – если это ваша настоящая фамилия – сделан не в мастерской.
Фрезе круто развернулся, так что полы черного сюртука взметнулись и опали, и хлопнул по капоту машины. УАЗ испуганно вздрогнул.
– Взять хотя бы шины, – фабрикант пнул колесо ногой, – На них маркировка Goodyear. Но Goodyear Tires amp; Rubber не делает шин таких размеров. И этот рисунок – он тоже нетипичен. Или, – он крутанулся и вперился в глаза Руслана, – вы хотите сказать, что эти шины вам сделали в мастерской? А резину вам тоже сварили в мастерской? Вы что думаете – он опять пнул безвинное колесо – я не увижу, что она сделана по особому рецепту?
Юля взяла Руслана за руку, Аня прижалась сбоку. Они стояли втроем и смотрели, как Фрезе рушит всю их легенду на корню.
– Американцы? Ха-ха! – фабрикант запрокинул голову и расхохотался демоническим смехом, – Вот эти украшения, – он схватил за зеркало заднего вида, чуть не вырвав его, – они привинчены болтами. С метрической резьбой! Не с дюймовой, господин лжеамериканец! На приборах скорость – в километрах в час, и она явно завышена!
На громкий голос хозяина начали потихоньку подтягиваться рабочие. Руслан понял, что нужно приготовиться бежать. А то не успеешь придумать план Б…
– До сих пор хотите сказать, что вы американец? Что этот автомобиль сделан в мастерской? Да в нем нет ни одной детали, которая не была бы сделана на заводе! Они все носят следы станков или штамповки! Или, по-вашему, кто-то сделал штамп только для того, чтобы с его помощью изготовить одну единственную деталь, для вашего автомобиля? Не-ет, это – серийное производство! Таких автомобилей – не один! Их десятки, сотни!
Фрезе размахивал руками как мельница.
– И вся эта масса стоит где-то, ждет своего часа! Как только я увидел это…
УАЗ опять вздрогнул под мощным ударом.
– … я сразу же понял, кто вы и зачем приехали в Россию!
– И кто же я? – Руслан уже понял, что с Фрезе разговор не получится, но просто решил понять, за кого же его принимают.
– Вы – не американец! – рявкнул Фрезе и неожиданно спокойно закончил, – Вы – француз.
– Да?!
Руслан посмотрел на Юлю. Та посмотрела на мужа.
– Иногда, – сказала она, – может быть, но, господин Фрезе, с чего вы взяли?
– Вы кто такая? – Фрезе, агрессивно выставив бородку, подскочил к Юле и неожиданно смутился, – Прошу прощения, я не увидел…
Он наклонился к испуганно отстранившейся Ане:
– Простите меня, милое дитя, за некоторую резкость.
Фрезе быстро поцеловал Ане руку и тут же выпрямился:
– Так вот, господин Мазуревич…