Серебряная кошка растерянно улыбнулся и скомандовал:
- За мной! - Он свернул с дороги и сквозь лес понёсся к Тайной тропе. Джирмиец остановил коня на краю заросшей колючими кустами поляны и обернулся к другу: - Ты видишь его?
- Да Но почему я раньше ничего не замечал?
- Создавая Бурю, ты взял частицу магии Ветерка, а он намертво связан с Цитаделью и Тайными тропами, - объяснил Марвин и приказал: - Сосредоточься и следуй за мной!
- А как же я? - заорала Бьянка. - Я не вижу никакого тоннеля!
Джирмиец лучезарно улыбнулся ей:
- Это очень хорошо, милашка. У тебя появился шанс выжить.
- Как ты смеешь так разговаривать со мной? - взвилась Бьянка.
- Закрой рот, красотка! Ты принадлежишь Элларду, и будешь жить, пока не надоешь ему!
Эльфийка побледнела и задрожала от ужаса:
- Ты хочешь сказать, что убьёшь меня?
- Посмотрим, - холодно бросил джирмиец и повернулся к другу: - Эллард, я поведу лошадь Бьянки, а ты следуй точно за нами! - распорядился он и, схватив Шторма за повод, поехал прямо на колючие кусты.
Дочь Сальте вцепилась в гриву коня и завизжала. Не обращая внимания на её вопли, Марвин прошептал заклинание и, всадив шпоры в бока Ветерка, заставил его врезаться в стену тоннеля. Беглецов пронзил холод, словно их окунули в прорубь, и мир исказился: Задумчивый лес, отгороженный полупрозрачной стеной превратился в размытое зелёное пятно, а золотое солнце - в тусклое жёлтое облако. Буря и Шторм радостно заржали, всем своим существом впитывая пространственно-временную магию.
- Теперь это джирмийские кони, Эл! Запомни: Джирма - основной ориентир для волшебного коня. Цитадель построена на пересечении наиболее крупных пространственно-временных троп Аргора. Имей в виду, если ты, находясь в седле, будешь ранен и потеряешь сознание, Буря зачарует тебя, найдёт Тайную тропу и вынесет прямо во двор Цитадели, так что, постарайся вовремя упасть на землю, Эл.
- Но это я создал Бурю!
- Да, но теперь её стойло в Цитадели.
- У меня другое мнение на сей счёт! - упрямо возразил вор.
- Экспериментов не будет, Эл! - отрезал Марвин и, не выпуская из рук повод Шторма, поскакал вперёд.
Эльфийка всхлипнула и заревела в голос: только сейчас до неё дошло, что она попала в смертельно опасную историю.
Бьянка всю жизнь прожила в Наполе. Родители и старшие братья всячески ограждали любимую дочь и сестру от внешнего мира. Её холили и лелеяли, как редкий тепличный цветок, закрывая глаза на невинные шалости, которые заключались в том, чтобы тайно улизнуть на свидание или без спроса поохотиться в окрестностях столицы. Девушка не догадывалась, что отец и братья подыгрывают ей, как бы не замечая 'секретных' отлучек. На самом деле, Бьянку тщательно охраняли, ни на минуту не выпуская из вида. Ей удалось сбежать с Эллардом только потому, что в тот вечер всем было не до неё. Да никто и не ожидал такой прыти от капризули и неженки.
Наивная Бьянка поверила, что вор без памяти влюбился в неё, и решила, что их побег станет пикантным любовным приключением, которое закончится в Иритте. Ей были не нужны иные Миры, короткое путешествие в компании Принца Попрошаек и джирмийца полностью удовлетворило бы её тягу к авантюрам. И до полудня Бьянка была счастлива. Она скакала между Эллардом и Марвином и предвкушала, как, смакуя пикантные детали, будет рассказывать о своей дерзкой выходке подружкам. Но в полдень всё стало на свои места. Бьянка поняла, что для джирмийца убить её - всё равно, что прихлопнуть муху. И 'принцессе' страшно захотелось домой, однако, впервые в жизни, она не посмела высказать своё желание вслух…
За стенами тоннеля наступила ночь, и джирмиец сосредоточился в поисках выхода с тропы. Теперь они могли выйти из тоннеля в любом месте, но Жерар не умел ходить сквозь стены и слишком долго искал бы его, а Марвину не терпелось вернуть Ильмару.
- Съезжаем! - наконец скомандовал он и, дёрнув Шторма за повод, выехал на широкую просеку.
Бьянка сползла с коня и повалилась на траву, чувствуя себя совершенно разбитой.
- Я хочу домой! - зарыдала она. - Мне не нужны такие приключения!
- Ты останешься с нами! - Марвин спрыгнул на землю и начал снимать с Ветерка упряжь. Эльфийка громко всхлипнула, и он раздражённо добавил: - Во всяком случае, пока мы не покинем Задумчивый лес.
- А потом ты меня убьёшь! - взвыла Бьянка.
- Посмотрим. - Джирмиец поморщился, повернулся к ней спиной и посмотрел на Элларда, блаженно растянувшегося на траве: - Успокой её, Эл, иначе, я за себя не ручаюсь!
Вопль застрял в горле 'принцессы', и от страха у неё началась икота.
- Не пугай её, Марвин, - дружелюбно ухмыльнулся Эллард. - Она хорошая, правда, немного взбалмошная и не сдержанная.
- Кто бы говорил. - Джирмиец фыркнул, уселся на траву и наколдовал себе чаю, а Эллард задумчиво посмотрел на притихшую Бьянку, облизнул губы и резво поднялся.
- Становится прохладно. Нужно развести костёр, - хихикнул он и рывком поставил эльфийку на ноги. - Пошли за хворостом, Бьянка. - И вор потащил её в чащу.
Марвин насмешливо посмотрел вслед другу, допил чай, завернулся в плащ и закрыл глаза, вспоминая наивное личико Ильмары.
- Возвращайся скорее, девочка, - прошептал он, напряжённо вслушиваясь в ночные шорохи Задумчивого леса.
Между тем вор отвёл эльфийку подальше от просеки и притянул к себе.
- Ты моя сладкая, - промурлыкал он, толкнул девушку на мягкий мох и бесцеремонно задрал её платье.
Эльфийке было не до любви, но она не посмела отказать другу джирмийца и послушно раздвинула ноги.
На поляне весело трещал костерок. Бьянка спала, укутавшись в одеяло, а Марвин и Эллард сидели друг напротив друга и молчали. Первым не выдержал вор:
- Всё-таки, почему ты не убил меня, Марви?
- Из-за любовного заклятья племянницы императора…
- Выходит, ты в меня влюбился? - хихикнул Принц Попрошаек.
- Не мели ерунды! Тебе несказанно повезло, Эл. Я непременно убил бы тебя, но, к моменту нашей встречи, в моём сознании всё перепуталось, и я начал совершать ошибки. В частности, мне вдруг захотелось поболтать с жертвой, прежде чем выполнить заказ. А ты заговорил о письме Леопольда, и внезапно я представил себя в другом Мире… Ты становишься таким забавным, Эл, когда начинаешь вещать о своём величии. Ты казался удачливым авантюристом, бабником и алкоголиком. Ты вёл себя, как идиот, и мне стало жаль тебя. Не знаю, что на меня нашло, но я решил помочь тебе выжить и найти Урса. Я не сразу понял, что твоё поведение - сплошное притворство. Ты умеешь скрывать своё истинное лицо, Принц.
Эллард нахмурился:
- Когда ты догадался?
- В Вирме.
- Что ж, откровенность за откровенность, Марви. Признаюсь, я нарочно задержался в Тели, хотя и знал, что кошки охотятся за мной. Я ждал обещанного спутника.
- Что?..
- Дело в том… - замялся вор. - В общем, когда я приехал в Тель, то дрожал, как осиновый лист. Я понимал, что от джирмийцев не уйти, и даже в собственной тени мне мерещились очертания кошки. - Марвин вздрогнул, но Эллард смотрел на огонь и ничего не заметил. - В общем, я заперся в номере, напился и уснул. Не знаю сон это был или явь, но среди ночи я увидел в комнате Хамелеона. Я пытался заговорить с ним, но он молчал, пристально глядя на меня. И вдруг я понял, что должен делать. Хамелеон хотел, чтобы я остался в Тели и дождался спутника, который защитит меня. Он не сказал, кто это будет, но я был уверен, что узнаю его. Мне было очень страшно, Марви, я всё время ждал нападения кошек, а потом явился ты. Я взглянул на тебя и понял, что Хамелеон не обманул. Ты выглядел воплощением надёжности. И всё же в твоём взгляде было что-то такое… В какой-то момент я вдруг подумал, что ты и есть охотящаяся за мной кошка. Ты нёс чепуху о дочке наставника, а я гадал, когда ты вонзишь мне под рёбра кинжал. Но вместо этого ты согласился служить мне. Я ничего не понимал: имея замашки аристократа, ты безропотно служил телохранителем вора. И я решил вывести тебя на чистую воду. Это стало моей паранойей, Марви. Я старался вести себя как можно более хамски. Я напивался в самый неподходящий момент, рискуя своей головой. Я потащил тебя грабить казну Вирмы, зная, что это безумие, но мне до ужаса хотелось знать, кто ты и на что способен. - Принц Попрошаек виновато улыбнулся. - Когда Аргор узнает, что напарником его лучшего вора был джирмиец, наше ограбление войдёт в историю, как самая сумасшедшая авантюра. - Внезапно его глаза озорно блеснули. - Но особенно пикантно было женить тебя на Ильмаре. До сих пор не понимаю, почему ты согласился.