— Ваше присутствие здесь, маги, более нежелательно, — озвучил этот тип голосом, почти ничем не отличавшимся от голосов сидящего в земле отребья.
Чем умудрился тут же выбесить чувствовавшего себя не в своей тарелке Дино.
— Хочу заметить, что это вы находитесь на земле волшебника! А мы — представители Гильдии Магов! — заскрежетал мой партнер, — Это вам, персонально вам, Жилиасу лон Яуму была оказана услуга по спасению вашей ученицы!
— Я о ней не просил… — плавно и величаво повёл рукой эльф (под звуки блюющей в моем шалаше девочки!), — И да. Вы мне перечите?
Это было высказано даже с некоторым удивлением.
— У вас нет на этом острове никаких прав и никакой власти, — набычился Дино, — а также никаких интересов, кроме вашей ученицы! Или я ошибаюсь?
— Это не вашего ума дело, — мелодично отрезал эльф, тут же собравшись что-то колдануть.
Этого я ему, конечно, не дал. Нет, дамы и господа, я простой выпускник, разве что знающий чуть больше заклинаний, чем средний по больнице, но если ты десять лет отираешься около призрака архимага и читаешь советуемые им книжки, то четырехликий восьмирук нет-нет да уронит словечко мудрости в твою бестолковую голову. Первое из них было: «Если у тебя нет мозгов, мощи, навыка и понимания — то компенсируй это предварительной подготовкой!»
У меня была целая ночь, каменная площадка, пьяная эльфийка и возможность подслушивать сидящих по уши в земле эльфов, пусть и под храп одного старика.
— Это не нафего ума дев-во… — передразниваю я эльфийского чуть-ли-не-архимага, коротко поводя собственной палочкой.
Вся площадка, когда-то любовно выглаженная Золаксом Строптивым для его любимых контрабандистов, буквально взрывается магией. Не простой, конечно, а очень простой — всего лишь инициированными пятью десятками простеньких ритуалов, чьи разомкнутые контуры и не доведенные до финальной формы круги буквально превращают всю магию вокруг в солевую питерскую проститутку, заспринцевавшую себя керосином от великого стресса и большой любви к поэзии.
Проще говоря, фон магии мира в одном конкретном пятачке места оказался грубо, многократно и хаотично изнасилован, полностью лишая его премудрое и совсем нечистоплотное эльфячество возможности что-то сколдануть. В следующий момент в лицо Жилиаса лон Яума вцепился Шайн, эльф согнулся, пытаясь стряхнуть или сбросить царапающего его кота, а за его спиной, под полностью шокированным взором старины Дино, уже стоял я, нанося со всей дури мощный, акцентированный, четко острием ступни удар ногой по кокушкам пресветлого перворожденного!
Есть пробитие!!
Умом нам эльфа не понять, могилой общей… о, идея!
Дотолкать кряхтящего болвана, не удосужившегося подумать о защите (или не желавшего ей нас настораживать), до грядки с эльфами, попутно выдрав у того немалых размеров палочку, которую он держал в рукаве, труда не составило. Куда сложнее было побороть искушение не накладывать на него чары Подводного Плавания, но с этим я справился, а затем, особо не целясь, сунул целого эльфийского мага башкой вниз прямо в ловушку, к остальным эльфам!
— Фух! — выдохнул я, усаживаясь жопой на камень, — Всё! Шоу закончено.
Сзади кто-то голосом умирающего старика проскрипел мое имя. Дул приятный бриз. Площадка потрескивала последними искорками от кривых ритуалов, кот шумно вылизывал задние лапы от эльфийской крови, а те представители дивного народа, что оказались свидетелями падения его магического эльфейшества, пялились на меня как на нового мессию.
— Я тебе чуток сбрехал, Дино, — признался я, не поворачиваясь, — Наша девочка была трезвой и в своем уме, а угваздалась именно потому, что не хотела пить вино. Но ничего, я справился. Эти ушастые мужеложцы здесь все повязаны. Поплыли за законниками. Видишь, нам ладью пригнали…
///
Дино Крэйвен сидел в эльфийской ладье, управляя её магическим конструктом так, что чужой транспорт (чей владелец торчал ногами вверх в грязевой ловушке) самостоятельно шёл по направлению к эльфийскому порту, находящемуся уже совсем неподалеку. Занятие это было чрезвычайно легкое, от чего у него было время как следует подумать над происходящим. Нельзя было сказать, что этот процесс ему нравился.