— И что, так и будешь ждать? — поинтересовалась сварливо волшебница.
— Так и буду, — мирно согласился с ней ректор, — Только вот я не только волшебник, но еще и учитель. И, как учителю, мне тошно от того, что случится завтра. Тошно от выбора этого «святого». Кем бы он ранее ни был, что бы он не творил, это были отнюдь не рядовые вещи! Отнюдь! Боги не барахольщики, чтобы разбрасываться такими званиями… и людьми! Ты это знаешь куда лучше меня!
— О пресветлая Лючия! — «прозрела» старенькая волшебница, с ужасом взглянув на своего старого друга, — Неужели ты собираешься… неужели…
— Не собираюсь, — сердито отрезал магистр, — Пока не собираюсь. Но что-то мне подсказывает, что за следующие десять лет я ой как соберусь!
Минуты две в кабинете была тишина, а затем послышался сдавленный голос Тиары Лонкабль:
— Боли… дорогой… не надо! Ты ни в кого не веришь, как и многие из нас, но давай вместе помолимся, чтобы Джо Тервинтер действительно провел в своей проклятой башне весь свой срок! Пусть отдыхает! Не трогай его, дорогой мой друг! Не тревожь то, что не понимаешь! Прошу тебя!
— Тиара… — с некоторым трудом ответил на эту мольбу ректор, — Ты столько лет держишь в руках эти юные жизни, а помнишь, что с ними случается потом? Завтра мы примем на четыре факультета сто тридцать новых волшебников. Сто тридцать, Тиара, как и всегда. А сколько из них выйдут из наших стен Магами Башен? Сколько лучин, что завтра ярко вспыхнут, останутся потом тлеть в этих Башнях? Сколько?!! Ты знаешь ответ не хуже меня. Половина. В самом лучшем случае — половина!
Это была горькая правда, бремя, которое несли все преподаватели Школы Магии. Минимум половина учеников, приходящая на каждый цикл обучения, уходила в мир Магами Башен. Бессмысленными, бесполезными, но необходимыми придатками для Гильдии Магов.
Половина. Это очень и очень много. Не с точки зрения мира или Гильдии, отнюдь!…но с точки зрения магистра-ректора.
Сухой палец женщины уткнулся в шар, демонстрирующий посапывающего на небольшой кровати ребенка, над которым склонилась, заботливо поправляя одеяло, юная гоблинша.
— Используй его, — хрипло пробормотала Тиара.
— Что? — удивился Вирт.
— Ты знаешь, что он собрался завтра сделать, — устало и горько произнесла женщина, — Не тревожь этого Тервинтера, не пихай в места, куда он не хочет идти, дорогой друг! Воспользуйся им, как символом. Используй его как рычаг, который заставит юнцов трудиться и учиться, сжимая зубы и задницы, но не пытайся записать этого «святого» в Исследователи! Пусть он, как Маг Башни, станет примером… для всех. Если уж ты так намерен его сохранить…
Шли мгновения, и лицо мага, исказившееся в страдальческой гримасе, чуть разгладилось. Затем разгладилось совсем, а потом даже исказилось в умильной улыбке.
— Тиара… — почти интимно пробормотал он, — Доррогая…
— Я уже сотни лет, как Тиара! — ворчливо донеслось от камина, — Старый ты безумец! Так, стоп! Ты куда это идешь⁈ Ты ко мне идешь?!! А ну отойди! Отойди, я сказала! Руки! Руки!!! Старый дур…
Глава 2
Мальчик-который-пожил
Мысли о прочитанной ну очень много лет назад истории про волшебников овладели мной сразу же при виде Школы Магии. Не столько потому, что антураж соответствовал, отнюдь, здесь у нас совсем не Шотландия, а, скорее, Средиземноморье, сколько как раз потому, что общего со знаменитой историей было мало… и, одновременно, много.
Школа Магии представляла из себя комплекс из нескольких старых зданий, давно и надежно облепленных ползучими, цветучими и пахучими растениями. Одно, центральное и самое массивное, было размером со… среднюю школу в обычном мире. Ну да, три этажа, два крыла, посередине жопа. Красиво, конечно, но ничего подавляющего. Кстати, перед жопой, то есть главным входом, стоим мы, сто тридцать простых и несколько оробевших детей, перед которыми, на трибуне, торчат несколько волшебников с добрыми и понимающими лицами.
Куда интереснее всё остальное, то есть, другие здания, прячущиеся за деревьями и кустами, огромный пруд, в котором плещется что-то размером с диплодока, а заодно самое внушительное, что есть на территории Школы — четыре Башни, возвышающиеся над всем этим делом. Устроены эти некрупные, но вполне солидные, сооружения были прямо у основного здания, а предназначением своим имели…
— Я буду Боевым Магом! — пискляво и отчаянно раздается с трибуны, куда вызван первый из нас. Мальчишка робеет и стесняется, увидев такое количество незнакомых детских лиц, но затем, под аплодисменты, раздающиеся у него из-за спины, добавляет смелее, — Я выбираю путь Боевого Мага!