— Но меня никто не околдовывал… — чуть ли не мурлыча от удовольствия, покивал я, накладывая с жезла заклинание на особо погнутую железку.
— Вот именно! — подпрыгнул на месте определенно бесящийся кот, — Ты просто сдавал назад при каждом удобном случае! Молчу уже про то, что решил забить на богатейшую сокровищницу растений, обнаруженную у эльфа в гробнице!
— Точно, забил, — покивал я, подыскивая следующего кандидата в починку, — Как есть — забил! А ведь мог взломать заклинание…
— Мог⁈ — взвился кот, — Мог! Но не стал! Ты мог десятком способов угробить этих наемников! Сделать так, чтобы ни один из них не вышел из башни! Доспехи, оружие! На них была почти тысяча золотых! Ладно, ты этого не сделал, ты бережешь свою несчастную репутацию, но ты буквально подарил эти деньги барону! Жалкому ленивому старику! Он приехал, бросил пару приказов, затем судил вас всех! И что? Стал богаче на тысячу золотых! А ты сидишь тут с довольной рожей и чинишь гнутые железяки! Джо! Я тебя не узнаю!!
— Он меня не узнает, — пожаловался я свежераспрямившемуся канделябру, выставляя его стройное, но тяжелое тело под лучи солнце, — Такая вот беда.
— Я не шучу, Джо! — злобно мяукнул кот, — Что с тобой?!!
— Когда-то меня вела дорога приключений… — пробормотал в ответ я, подставляя лицо солнцу и прищуривая глаза.
— Джо!!!
— Хочешь знать мои мотивы, а, Шайн? — улыбнулся я еще шире, — Могу поведать.
— Уж сделай милость!
— Эскалация, мой маленький пушистый друг. Вот что было раньше, и вот чего больше не будет никогда… — проговорил я, беззаботно нежась под лучами солнца, — Мы попадали из мира в мир, из задницы в задницу. Чтобы выбрать из очередной жопы или чтобы понять, что вообще происходит, я обострял ситуацию. Шел на риски, мутил воду, рвал у судьбы каждую возможность, прямо как вот эта вот Элизия… Вот чем мы были заняты, котяра. А теперь скажи — зачем мне продолжать такую жизнь? Мм…?
— Ты ведь…
— Старик, котяра, — перебил я пытавшегося что-то промычать кота, — Мы с ним можем вести дела еще сотню лет. Он отличный малый, пусть и совершенно беспомощный, когда оказывается выбит из колеи. Только он, Шайн, отлично работает в своей колее, он нужен мне в этой колее. Даже сотня тысяч золотых монет не заставит меня повернуться к нему спиной. Отрава, которую выращивал Золакс в запретной каверне, могла бы стать моим пропуском на тот свет или в тюрьму. Раздень я наемников, то через неделю бы весь этот сонный край судачил бы о том, что волшебник ограбил людей, которых еще даже не осудили. Эскалация, Шайн. Её не будет.
— Трус…
— Это моя жизнь и это твоя жизнь, котяра. Мы теперь разделены… ну, частично, — не обратил ни малейшего желания на мяв фамильяра я, — Если тебя что-то не устраивает — скажи. Я все равно собираюсь в ближайшее время налечь на алхимию. Сделаем тебе тело получше, а потом ты пойдешь добиваться собственных целей. И прикинь, ты даже не умрешь, если провалишься в процессе! Просто вернешься ко мне.
— Я подумаю над твоим предложением, Джо! — гордо и независимо выдал Шайн, отворачиваясь от меня с поднятым трубой хвостом, — Очень хорошо подумаю! Я не хочу гнить в этой башне всю свою жизнь! Это судьба труса, прячущегося от мира!
— Как скажешь, приятель… как скажешь, — ухмыльнулся я, вновь принимаясь за работу.
Ленивый, трусливый, ничего не умеющий и ничего не желающий, кот мог лишь делать вид, что его слова хоть сколько-нибудь серьезны. За ними, если честно, никогда не стояло ничего.
Ну вот совсем.
Это же кот. Что с него взять… Гм, о чем это я? Сколько канделябров осталось?
Сами себя они не выгнут.
Интерлюдия/Эпилог
Это же время. Место — довольно далеко от молодого мага, починяющего свои канделябры. По меркам смертных, естественно. Для Джо это было бы ровно пять золотых на телепортацию и три дня плавания на корабле.
Остров, на котором нашел себе пристанище маг-отступник по прозвищу Золакс Строптивый.
Нижняя часть его жилища, представляющая из себя вырытый магией и засыпанный (с помощью магии) тоннель, в одном из концов которого обвал, а в другом — красивый портал, лучащийся зеленым светом, через который в туннель тянутся корни, ветки, листья и прочие аспекты матери-природы. Из волшебного мира, как вы уже догадались.
Из портала высунулась рука. Любой доктор, имеющий системное образование, тут же назвал бы эту руку «скелетированной», то есть, представляющей из себя лишь чем-то скрепленные кости… но он бы ошибся. Кожа на этих костях была, хотя непонятно, каким чудом держащаяся. Во всяком случае, будь тут наблюдатель, он бы не сразу унаблюдал эту кожу, а скорее всего, с воплем ужаса, уже мочился бы себе в штаны.