Предсказуемое.
Итак, что мы имеем? На гавани и порты наложен запрет Адмирала, не выпускающий наружу ни единого судна, а следом за этим запретом (буквально), Аркада Порту покидает один-единственный корабль, окруженный заклятиями Незримости, Отвращения взора и Забвения, на котором вся колдовская рать пиратской столицы угрюмо смотрит вдаль, а у штурвала стоит сам рыжебородый Ледяная Голова, негромко перечисляющий некоему молодому и худому волшебнику места, где мы будем причаливать, чтобы искать места, в которые можно заховать прекрасную золотоволосую диву, висящую рядом с нами в воздухе.
Мест этих оказалось… полным-полно.
— Отлично! — потёр я руки, — Давайте навестим их все!
— Планируешь оставить её себе, всё-таки? — острый взгляд прозрачных глаз, оторвавшихся от горизонта, попробовал пронзить моё невозмутимое хлебало.
— Нет, — оскалился я в ответ, — Мы не будем её особо-то и прятать, Адмирал. Но это мой Свободный Поиск и моего капитана. А раз я волшебник, то он пройдет по слегка другим правилам…
Забава. Развлечение. Вызов. Злорадство. Искушение, редко свойственное волшебникам, которые сейчас тревожно молчат, глядя на гулко и мрачно хохочущего главного пирата, держащегося за штурвал мертвой хваткой. Но он, этот рыжий детина, держащий в кулаке единственной руки всю пиратскую вольницу, совершает, смеясь, сейчас вторую большую ошибку за очень недолгое время. Первой было решение Кастрея шон Баррака дать слово о том, что он не даст молодому волшебнику исчезнуть отсюда с его белокурой добычей, а второй стало его искреннее желание посмотреть на то, чем кончится моя задумка.
Не то чтобы она сильно отличалась от уже ожидаемого, но…
— Говоришь, будут развеиваться при прикосновении, да? — щурился на скалистом берегу Адмирал, после того как мы спрятали в одной небольшой пещерке саму Саломею.
— Сами убедитесь, — взмахом руки я воссоздал со специальным образом зачарованного кристалла точную копию зависшей в воздухе Святой, — Стоит только дотронуться.
— Ну что же, справедливо, — мрачно показывал обточенные клыки Адмирал, — Это может кончиться кровью, но Аркада Порте нужен урок о том, что с волшебниками связываться не стоит. И тем более не стоит держать вас на кораблях!
— А я всегда это говорил! — поддакнул ему Дориант Баумшторммер, но затем чуть ли не заискивающе спросил, — Адмирал, а вам не кажется, что крови может быть… слишком много?
— Нет, — окончательно захлопнул ловушку человек, никогда еще не воевавший с волшебниками, — Если бы ваш молодой друг попытался придумать что-нибудь похитрее, то я снес бы ему голову. Простая иллюзия, которую вы сами проверили, господа маги, лишь слегка разгорячит наших парней. А теперь вперед! Давайте населим эти острова… прекрасными девами!
Глубокой ночью корабль входит назад в порт, вся гавань усеяна людьми. Они, эти вооруженные и возбужденные негодяи, мерзавцы и подонки, свидетельствуют тому, как на причалившем корабле, даже не перекинувшем сходен, проходит массовое принесение магически заверенной клятвы, в которой все, включая Адмирала, клянутся не раскрывать местоположение спрятанного Клада, который станет целью Свободного Поиска. Принеся эту клятву, Адмирал обращается к своим подданным, называя завтрашний полдень сроком, когда он отворит порты и гавани Аркада Порты, чтобы каждый, чувствующий себя готовым, попытал счастья в поисках золотоволосого чуда, женщины ценой в корабль. Святой прелестницы, с телом, буквально созданным для постельных утех лучшего из мужей.
Каждый хочет стать этим лучшим. Даже если это проныра и плут, мошенник с ледяным как сердце зимы мозгом, мечтающий продать свою живую и дышащую добычу за золото, он все равно жаждет.
И эта жажда будет расти.
Никто не обольщался мыслями о честности проведения состязания, всех заботила лишь честность того, кто прятал клад, так что, пока я, со вздохом облегчения, валился спать, во всей пиратской столице спокойно спали только те, кто не думал отправляться в плавание и… полные идиоты, которых было не так уж и много. Жизнь закипала тугой струей багрово-синей жидкости того редкого оттенка, который можно увидеть лишь на короткий миг, проливая кровь врага в океан…
— Какой ты поэтичный! — съязвил Шайн, неуклюже залезая на грудь разлегшегося на кровати меня. Посидев там с минуту, кот, замявшись, спросил, — Ты вот хоть понимаешь, что она тобой нагло пользуется, а? Именно так, как ты ненавидишь, Джо…
— Хм? — взглянул я на кота одним глазом, — Мы что, сейчас валяемся в канаве со сломанными ребрами и двумя дырками от арбалетного болта в теле? Полудохлые от голода и с заданием уничтожить форпост рыцарей Каверны? Или как там, в долине Кар…