— Так, тихо! Я понял! — фыркнули на меня, — Но, тем не менее?
— Она действует в моих интересах. В интересах волшебника. Она эффективна. Она пла…
— У неё шикарная задница! — попытались меня подначить.
— И это тоже, — не стал спорить я, подбрасывая в воздух нетолстую книжицу, которую уже пару раз успел прочитать от корки до корки, — А еще Лючия знает, что я собираюсь сделать с этим. Ей пофиг. И вообще, котяра, эта женщина понимает, как нужно вести дела. Она не оставит нас внакладе.
— Почему ты так уверен?
— Потому что мне двадцать один год, а она — бессмертна. Мы еще долго будем ей нужны.
— И ты… не против такого?
— Нет, — вздохнул я, — В чем-то ты был прав. Я мог ненавидеть Дахирима, мог ненавидеть свою жизнь, да и тебя вот, ненавижу, местами, но у нас был не тот бог, который допускает глупые ошибки. Я был его святым, это в моей природе… да и в твоей. Мы бы не смогли провести полтысячи лет в каменной башне, даже усыпанные золотом с ног до головы. Мы бы во что-то ввязались, обязательно.
— Это точно, — уверенно кивнул мохнатой башкой Лунный кот.
— Ну вот. Богиня придает этому смысл. И оплачивает счета. Очень щедро.
— …
— …
— Джо?
— Ммм…?
— Как думаешь, она может превратить меня в… дракона?
— Конечно может, она же богиня, — подтвердил я на полном серьезе, — Но не будет.
— Почему? — удивился и обиделся кот.
— Потому что боги идиотами не бывают, Шайн. Пора бы уже это понять.
///
— Да что вы говорите⁉ — фраза, известная ему как минимум на шестидесяти языках, сорвалась с губ Эфирнаэбаля легко и невесомо, как и миллионы раз до этого.
— Я тебе говорю, эльф! — на него свирепо вытаращилась бородатая физиономия, исполненная пороками и алкоголем под завязку, багровая и страшная как лик демона. Не удовлетворившись отсутствием ужаса и скорби на лице противно доброжелательного собеседника, рожа добыла откуда-то руку, в кулаке которой был сжат острый кривой кинжал, а затем с размаху вогнала нож в столешницу прямо перед Эфирноэбаэлем.
Тот и глазом не моргнул, тут же жадно спросив:
— А что именно вы говорите, молодой человек?
Видимо, когда-то, очень давно, кто-то очень красивый и ласковый назвал это человекообразное убоище «молодым человеком», поэтому искренний интерес эльфа задел какие-то жалкие обгоревшие ошметки души записного головореза. Тот, вместо того чтобы сделать с остроухим нечто противоестественное и откровенно кровавое, начал на него орать, пуча глаза и брызгая слюной.
Несмотря на очевидный недостаток интеллекта, орало это чудовище вполне логичные, с его, чудовища, точки зрения, вещи. Например то, что колдуны заколдовали Адмирала, задурили ему голову, а теперь все сотни капитанов и их экипажи, что отправятся через несколько часов штурмовать Тихийские острова, останутся с носом!
— Почему это⁈ — по-детски наивный вопрос эльфа вызвал вой во всей таверне!
Потому что иначе никак! Не может быть такого, чтобы колдуны поделились чем-то своим, да за просто так! Ну и что, что прибывший маг принял кодекс⁈ Он не так, как надо принял! Не дал его честно развести на волшебную бабу, а что-то свое замутил, паскуда такая! Что это вообще такое⁈ Где это видано, чтобы здесь, у них, дома, маги баб воровали⁈ А потом, считай, дарили?!!
— Не бывает колдунов-первых помощников! — излила свое авторитетное мнение рожа в воздух, — Не бывает! Здесь что-то не то!
С этим были согласны очень многие в данном питейном заведении, но что делать — не понимали. Вроде бы не корову проигрывают, а стартовать будут все вместе, да и плыть недалеко, но вот как-то не хочется лохами быть. Да и колдун этот, опять же, подозрительный такой, собака. Адмирала точно заколдовал. Ну как иначе, тот же сам у руля встал! У колдуна! Сопливого! Сами увезли эту бабу. А что она, Адмиралу не нужна, скажите? Такому мужику и такая баба не нужна⁈ Да как так-то⁈
Обсуждение ширилось, ром лился рекой, а эльф, каким-то чудом остающийся невредимым на этом празднике разгоряченного алкоголем насилия, не только продолжал слушать, но и невозмутимо записывал некоторые вещи. Причем, что характерно, висящий в воздухе свиток, на котором Эфирнаэбаэль чертил свои письмена, великолепно демонстрировал, что эльф очевидно относится к «колдунам гребучим», но почему-то всем пиратам-магоненавистникам было на этот факт плевать с просто поразительной силой!