— Как вам будет угодно, Ваше Величество, — Ходрих не счел зазорным встать из-за стола, чтобы отвесить поклон нахмурившемся королю.
Астольфо лишь задержал дыхание.
— Сколько раз я подобное слышал… — закатил глаза король, ничуть не стесняющийся какого-то жалкого юнца, который никогда никем не станет, — … сколько раз видел твою склонившуюся, но не начавшую думать голову, Ходрих!
— Мои…
— Помолчи, старый друг, — монарх раздраженно отбросил ложечку на стол, — Ты хоть представляешь себе, как взорвали весь мой двор твои выходки после? Отказаться от дочерей, низведя бедняжек в прах и пепел, отречься от сына… Ты с ним поступил хуже, чем я был вынужден с тобой! Молодой Бюргаузен уже год как не выходит из замка, ты заточил его в своем болоте!
— Мои решения были оправданы, Ваше Величество, — взгляд толстенького носатого барона блеснул сталью, а Астольфо под это дело выдохнул пару кубов спёртого отработанного воздуха.
— Твои решения привели тебя туда, где ты есть сейчас! — рявкнул король, тряся щеками, — И не смей отрицать это! Будь ты не таким твердокаменным, уделяй внимание тем, кто вокруг тебя, то знал бы, Ходрих! Знал бы о том, кем становятся твои дочери! Знал бы о детских интригах собственного сына и наследника! Остался бы на посту! Продолжал бы скупать лавки и рестораны в моей столице! Скажешь, не так⁈
Внезапный гнев владетеля Рикзалии был страшен и, что тут говорить, справедлив. Обвинения, брошенные его отцу в лицо, впервые показали Астольфо Бруствуду другую сторону монеты. Да, отца лишили должности, богатств, собственности, отправили в изгнание, но…
Барон, вновь вставший со стула, куда его до этого усадила жестом монаршья длань, просто молча поклонился, ничем не выдав, что его задели слова.
— Тебя уже не переделать, Ходрих… — вяло махнул рукой внезапно успокоившийся король, которому слегка подрагивающий от страха слуга наливал чай, — Тебя не переделать… Но что насчет твоего единственного сына?
Сердце Астольфо пропустило удар.
— Твоё баронство не наследуемое, — развивал тем временем попивающий чай венценосец, — Кем станет этот юный красавец после твоей смерти, старый друг? Рыцарем на службе Караминского? Вряд ли. Отправится наемничать? Станет счетоводом? Не с его репутацией. В моих силах сделать судьбу этого прекрасного молодого человека куда более светлой. Но! Я нуждаюсь от вас в ответной услуге.
— Позволено ли нам будет услышать, в чем именно мы могли бы быть полезны Вашему Величеству? — с некоторым напряжением в голосе произнес Ходрих Бруствуд, после того как Харс Третий выжидающе уставился на него.
Астольфо тем временем напряженно думал, спрятав лицо за чашкой чая. Сам он о своем будущем не волновался, если брать его слегка отдаленный вариант. Вот о ближайшем — еще как да, потому что никому не было известно, какие идеи «воспитания» могут прийти в голову его наставнику. Коварный волшебник запросто мог бы отправить сына барона в эльфийский лес похищать мужское нижнее белье, мог потребовать, чтобы тот организовал свою банду в Дестаде, попутно выкупив несколько борделей, мог бы вообще отправить в путешествие, снабдив лишь ножом, мешком и… своим говорящим котом.
Последний вариант вызвал у парня настолько сильный озноб, что он едва не пропустил просьбу короля.
— … вы, господа, умудрились завести отношения, даже не побоюсь этого слова, дружбу, с весьма примечательным волшебником. Молодым дарованием, уже неоднократно поставившим на уши всю эту их Гильдию Магов! Более того, какой скандал, этот башенный волшебник уже имеет какие-то дела с нашим дорогим Караминским, от чего граф наводит суету во всем своем Побережье! Но не суть… не суть… — король со стуком поставил чашку на блюдце, а затем со значением посмотрел на Ходриха, — Главный слух, которым я заинтересовался, состоит в том, мой друг, что этот… этот Джо… бросил вызов Боевому магу герцога Глаумворта, самому талантливому и могущественному из всего поколения. А затем, шутя, победил его. Кроме того, этот молодой человек является каким-то Мастером Гремлинов… и, несмотря на его возраст, остальные члены Гильдии к нему относятся с уважением, если не со страхом. В любом случае, этот волшебник кажется мне именно тем, кто может решить задачу, что у меня для него есть. Нетривиальную задачу.
— Какую именно, Ваше Величество? — еще более напряженно спросил Ходрих Бруствуд.
— В Рикзалии объявился дракон, — буднично ответил король, сплетая пальцы рук, — Я желаю, чтобы волшебник Джо уничтожил чудовище. Один, сам. Затем, не привлекая внимания, доставил мне его сокровища. Если вы поможете мне его убедить взяться за это дело…