Увы, но это оказалось невозможным. Парочка пройдох решили проверить, что именно приволокли с собой два бедняка (а я именно такие иллюзии навел на меня с эльфийкой), поэтому нарвались на защитные заклинания, которыми мы огородили принца от всех, кроме клопов. Увы, в том клоповнике, где мы собирались переночевать, были очень тонкие переборки и занавески, так что хрюканье и стоны парализованных ворюг были услышаны хозяевами. Последние, увидев странно выгнутые тела жуликов, вызвали стражу…
К моменту, когда мы с отвращением отрыгивая несвежим чаем, вернулись в гостиницу, там как раз уже лежала и стонала стража, а местные мастурбеки уже разбегались в разные стороны, завывая на весь городок о «колдовстве»!
Пришлось в срочном порядке делать ноги, что получилось с размахом, то есть с взрывами, криками, погоней, выводом наспех заколдованного принца на свободный участок города, позволяющий разгон… Вот тут надо отметить, что не стоит колдовать на полный желудок, залитый чаем. Вышло некачественно, а у стражи этого пограничного городка оказались какие-то слабенькие амулеты, мешающие магии. То есть, в момент, когда мы, отстреливаясь безобидным, но страшным на вид волшебством, начали набирать скорость, чтобы покинуть это негостеприимное место, иллюзии приказали долго жить, так что каждая собака в этой дыре узрела нас, сидящих верхом на бессознательном теле Ахриза кар Махнуддиба, во всей красе.
— Накладочка, однако! — бодро проорал я, давя магического газу под крики, матюги и завывания очевидцев.
Сзади раздавался бодрый эльфийский мат и посулы сделать мне плохо, горько и обидно, если я немедленно не поднажму, потому что Наталис Син Сауреаль видит луки, а жопой колдовать не умеет!
— Не можешь — научим! — прогорланил я, маша над головой палочкой, — Не хочешь — заставим!
— Я тебя убью! — визжала не понимающая юмора эльфийка, почти лежа на доступном ей принцевом пространстве и цепляясь за меня всем, чем можно, — Вези нас отсюда!!
Вокруг орали воззвания к богам и хулу на магов, причем, в основном, старались женщины. Мужчины в своем большинстве пылили сзади, швыряя в нас разное, но с полным недолётом. Наконец, набравший ход Ахриз выметнулся на пески свободной пустыни, а затем, заложив красивейший вираж (под эльфячий визг), красиво ушёл из этой неблагополучной страны.
Ночевать нам пришлось, правильно, — в заколдованном бархане.
— Я по твоему скотинскому лицу вижу, что ты меня тут сейчас бросишь, а сам отправишься к себе в башню! — продолжала бурчать недовольная эльфийка, — А тут даже кактуса нет, чтобы его тебе в штаны сунуть!
— Какой кактус, ложись спать уже, — утомленно отвечал ей я, вытряхивая из принца пыль, — Сколько можно воевать⁈
— Я вообще всего этого не просила!!
— Выпишу тебе премию!
— Шакалоту есть у тебя чему поучиться ты, безумный волшебник! Что наш мир сделал плохого, что тебя сюда прислали!
— Ничего, я сам его выбрал!
— Что мы сделали плохого тому, кто позволил этому случиться⁈
— Да всё уже, успокойся! Даю слово, что не буду над тобой подшучивать целый месяц!
— … три! Три месяца! В меня чуть стрелой не попали!
— Ладно, — быстро согласился я, уже бывший почти готовым на полгода, — Договорились! А теперь спи!
— А ну стой! Мы не договори… — эльфийка, почуявшая, что продешевила, решила продолжить переговоры, но поздно.
Я уже повернул внешнюю часть амулета.
Вообще, мне нужно было ненадолго. Так, выпить компотика, выкурить трубочку, кое-что узнать и назад. В принципе, так и получилось. Пока пил компот и курил, ко мне в кабинет, уже глубокой ночью, проникла фигуристая блондинка в ночнушке на очень голое тело.
— Саломея Батьковна, — тут же спросил я её, — А кто такой этот ваш Арахат?
Женщина, на лице и теле которой царила почти ничем не скрываемая, хотя пока что еще немного сонная, похоть, скривилась так, как будто я призвал её заплатить налоги со всех подаяний, что получила церковь Лючии за последние десять лет. Усевшись на мою кровать, апостол принялась рассказывать.
Как оказалось, боги делятся на два вида. Условно их можно назвать интровертами и экстравертами, но, по сути — это нормальные боги и гребаные лентяи. Нормальный бог-заступник вроде Лючии следит за порядком, исправляет косяки мироздания, соблюдает баланс. Работает. Он тщательно следит за своей паствой, в его рай принимают самых достойных, а там у них имеется осмысленное и комфортное существование, пока душа не растворит себя в вечном благоденствии. Лентяи же делают из своего рая загон для всех, кто соблюдает их правила, типа гарантируя каждому верующему, что если он будет придерживаться определенных рамок, то неминуемо попадёт на небеса.