— Великая Арена Караэфиэля… — послышался голос, повернувшись на который, я увидел шагающего ко мне эльфа в ниспадающих одеждах. Проявляясь из воздуха постепенно, Хорнис лон Элебал, несущий в руке тонкий посох, испещренный проклюнувшимися из дерева листками, выглядел совершенно обычно, шагая спокойно и уверенно. Не отводя глаз от меня, великий мудрец продолжил, — Ты бросил мне вызов, человек, сделав это так, что я не смог не проявить к тебе высшей формы уважения, которую могу себе позволить. Мы на Великой Арене Караэфиэля. С неё невозможно сбежать. Никак. Попасть снаружи — тоже.
Тяжело сглотнув, я крепче сжал в руках палочку и жезл. Всё сразу пошло не по плану. Чудовищное заклинание, моментально вырастившее тысячи и тысячи деревьев, заключившее меня в клетку? Херня. А вот выражение лица Хорниса лон Элебала… это совершенно другой коленкор! Мудрец не был печален, не был зол, не был напряжен, он был в чертовски хорошем настроении! В вели-мать-его-ко-леп-ном!
…это было паршиво. Очень паршиво. Следующая фраза вольготно чувствующего себя мага, точнее его вопрос, только усугубили мои ощущения.
— У меня к тебе, волшебник Джо, лишь один вопрос… перед тем, как мы начнем, — проговорил Хорнис, расслабленно стоя в нескольких метрах от меня, — Его я задать обязан — как там мой брат?
— Жив, здоров… — хрипло ответил я, — Спит. Ожидает тебя.
— Понятно… — с легкой полуулыбкой покивал мне эльф, — И что ты за него хочешь? За живого, здорового, спящего? Я не смог его найти, так что спрятал ты его изумительно хорошо. В очередной раз ты превзошел мои максимальные ожидания от вашей расы. Скорее всего, в последний. Я даже не знаю, из-за чего отнесусь к твоим словам с большим вниманием — из-за брата ли, либо потому что ты столько раз меня смог удивить. Едва не убить меня, причем случайно. Уничтожить бога. Вторично чуть не убить меня, причем опять-таки, случайно. Отказаться от силы Скарнера. Сделать всю Гильдию Магов своей послушной самкой. Унизить бога. Заиметь с богиней ребенка. Использовать…
Я слушал, как он перечисляет мои достижения, постепенно понимая, что на этот раз я попал. Круто так попал. Стоящее напротив меня существо было готово ко всему, что я заготовил, даже к тому, о чем сам бы не знал, пытаясь импровизировать. Могущественный маг крайне дотошно перебрал все мои успехи, которые показались ему существенными, а затем, сунув свой зеленый посох подмышку, даже изобразил аплодисменты.
— Даже возьму свои слова обратно, Святой Дахирима, — с улыбкой произнес эльф, — Ты превзошёл всех и вся. Ложью, обманом, манипуляциями и ловкостью. Я сгораю от нетерпения, желая услышать то, что ты мне скажешь. Говори!
Тяжело сглотнув, я сказал. Зрелище, как с лица могущественного эльфа моментально стирается довольство и радость, безусловно стоило очень многого, но подобное я оплачивать бы не стал. На карту было поставлено всё.
— Повтори, — хрипло попросил эльф, растерявший свой апломб.
— Мы сражаемся, — послушно повторил я, чувствуя, как ладони, сжимающие палочку и жезл, становятся потными, — Если побеждаешь ты, то узнаешь, где находится твой брат. Даже если я буду к этому времени мертв, то тебе все равно сообщат его местонахождение. Если побеждаю я, то ты отправляешься к Нахаулу… и погружаешься в этот ваш сон. На пятьсот лет. Только и всего.
Через несколько секунд тишины раздался усиливающийся шум. Деревья, окружившие нас, шумели кронами где-то высоко-высоко вверху. Стало еще темнее, потому что сотни тысяч сорванных этим ветром листьев, закручиваемых неизвестно откуда взявшимся ветром, заслонили остаток света.
— Это даже не дерзость, смертный… — тихо прошептал побелевший мудрец, — Это безумие. Ты вызвал меня на бой, который мне же и был нужен. Ты отдаешь мне брата, немыслимо как попавшего в плен. Ты уверен в том, что сможешь… оставить меня в живых?
— Я виноват перед тобой, Хорнис лон Элебал, — чистосердечно признался, глубоко вздохнув полной грудью, — Ты не сделал мне ничего плохого, а я тебя чуть не убил… несколько раз. Если бы с тобой можно было бы договориться…
— Хватит этого абсурда! Будь по-твоему!! — рявкнул в ответ мудрец, поднимая посох, — ТВОЁ! СУЩЕСТВОВАНИЕ! НЕВЫНОСИМО!
Муравей, проявляющий сострадание к горе. Мышь, великодушная к богу. Жалкая глупая обезьяна, пожалевшая готового уничтожить её гения. Хорнис лон Элебал думал, что готов ко всему, но он точно не был готов к подобному. Его, воплощенное могущество этого мира, существо, способное за секунды вырастить чудовищный лес, только что пожалел мошенник и плут. Человек. Отнесся к нему так, как мог бы отнестись он сам, пребывая на пике великодушие и снисхождения.