…а результат я обеспечу, так как сам вручил Страдивариусу Экзиту Малинору ключи от своей коробочки с яйцами. Один росчерк его пера, и я уволен. Только вот он меня не сдаст никому, что бы не случилось, что бы архимагу не пообещали. Если кого волшебники такого калибра и ненавидят искренне — то это тех, кого они никогда, ни при каких условиях, не превзойдут. Гребанных тысячелетних эльфийских мудрецов. Те, впрочем, как твердит мне чуйка, тоже очень недолюбливают двадцатилетних человеков, которые их пару раз чуть не угробили.
Дом, который мне от широкой души выделил архимаг, числился на балансе Гильдии. Ранее как хата, принадлежащая покойному Солимвуру, тому еще негодяю из бывшего Совета, а теперь как имущество на балансе, до которого еще не добрались руки местных гоблинов-демонтажников. Совершенно логично, потому что старый дед был тем еще коварным и умелым волшебником, а значит, заколдовал домину по полной.
Меня это не смутило. Небольшой двухэтажный дом с мансардой и шикарными эркерами был облагорожен крохотным садиком, таясь за высоким каменным забором. Ощущение от этого милого гнездышка исходили самые позитивные — эдакое старое жилище, из которого не хочет выбираться, а лишь, закутавшись в плед, пить в эркере какаву, да рассматривать идущих по своим делам обывателей. Прелесть. Сияющая от разнообразных заклинаний в моем зрении прелесть.
— «На кой ты вообще согласился на эту халупу?», — недовольно пробурчал Шайн, — «Угробишься же».
— «Именно потому и согласился», — мысленно ответил я ему, поглаживая Игоря одной рукой, а второй доставая палочку, — «Если мы разберемся с наследством Солимвура, то это даст очень весомый репутационный плюс. Ты смотри, какие хоромы»
Мифкрест — город-на-острове, пусть и достаточно большом, но тут проживает очень много волшебных существ. Чтобы иметь здесь отдельный особняк, нужно быть чрезвычайно ровным пацаном, с полным карманами не золота, но очень крутых связей. Та же самая Сиффра Хашисс, прекрасная кошкоженщина и владелица уже всемирно известного «Иллюзиона», богата бессовестно по местным меркам, но всего лишь имеет апартаменты над своим магазином. Пусть достаточно большие, чтобы там мог потеряться прайд кошкомальчиков, но всё равно — это не особняк.
А вот у меня будет именно он.
С довольной мордой, хоть и предельно сосредоточившись, я приступил к знакомой работе. Еще бы, будучи нищим молодым волшебником, я как-то отправился грабить одного покойного мага вместе с Дино Крэйвеном. Это нам принесло очень много бакшиша, то есть навыки обезвреживания чужих магических ловушек, замков и прочих сигнализаций я в свое время развил неплохо. А то, как вы думали? Жизнь штука суровая, не знаешь, что пригодится, а зарезать волшебника во сне всегда было проще и выгоднее, чем стоять с ним в чистом поле и осыпать друг друга заклинаниями. Ну или когда надо кого ограбить. Обворовать. Обнести. Облутать.
Ну извиняюсь, я не родился тут с гениальными планами выстраивания собственной алкогольной империи, торговлей суккубами и ограблениями драконов. Мы, мошенники, работаем по маленькой, зато надежно.
Мастера, ставившие защиту покойному Солимвуру, проповедовали тот же принцип. Их защита была коварна, глубока, имела потрясающе эффективную запитку, дающую буквально ноль паразитных потерь. Прикрыто было всё. Стены, дверные проемы, окна, крыша, забор, даже земля в садике, даже деревья. Однако, все эти контуры не были готовы к появлению в их системе моих замечательных плакатиков с бессмысленными суперсложными ритуалами, так что оставалось лишь вычислять энерговоды у каждой замкнутой системы, а затем «дарить» ей плакатик, который тут же переводил всю энергию в слабенькую белиберду, растворявшуюся в воздухе облачком дыма, имеющим странный вкус и цвет.
Вот так, кашляя и чихая, а заодно обезвредив с пяток встретившихся по пути полностью механических ловушек, я и добрался до подвала, где, в скрытой нише, мной и обнаружен был здоровенный кусок хриобальда, исчерченный волшебными знаками. Путем часа экспериментов мы с Шайном поняли, что это ни что иное, как слегка испохабленный «пульт управления» всем этим сторожевым богатством, который кто-то упрямо пытался завязать на собственную кровь. Этой засохшей субстанцией тут было заляпано почти всё.