В ночь выборов он остался в Белом Доме. Эсфирь могла бы прийти и послушать о поступающих результатах, но необходимость присмотреть за Сарой и Пэтом стала для неё прекрасным оправданием остаться дома. Получив его, она им воспользовалась.
Штат Мэн остался за Сассеном. К нему присоединились Нью-Хэмпшир и Вермонт. Как и Мэриленд и Делавэр. Когда стало точно ясно, что Мэриленд потерян, Лазар Каган выругался. Тогда Чарли налил себе выпить. Кое-кто из штата, из которого был вырезан округ Колумбия, получит по шапке за то, что не посчитал бюллетени получше.
Однако крупные штаты, штаты, где имелись горы голосов выборщиков, остались в лагере Джо Стила. Нью-Йорк, Пенсильвания, а позднее Иллинойс — все поддержали пятый срок. Весь Юг, как один, остался с президентом. По крайней мере, так заявил радиоведущий. Если настоящие результаты отличались от объявленных, проверять это никто не собирался.
Некоторые штаты, где находилось много трудовых лагерей и ссыльных вредителей склонялись на сторону Гарольда Сассена. Должно быть, они пытались подать знак, но делали это недостаточно громко. У них не было много голосов выборщиков.
Ещё больше народу жило на западном побережье. Все три штата остались у Джо Стила в кармане. Он не победил с таким преимуществом, как в 1936 году, 1940 или 1944, однако состязание со Стассеном не стало серьёзным.
Примерно пятнадцать минут спустя, когда преимущество в Калифорнии стало всеобъемлющим, вниз спустились президент и Бетти Стил. Чарли присоединился к овациям. Если бы он этого не сделал, народ бы заметил. Джо Стил помахал помощникам и подручным.
— Что ж, мы снова справились, — произнёс он и вновь поднял руку. — Мы продолжим вести страну на правую сторону, а также продолжим делать всё, чтобы мир не сошёл с ума.
Когда Чарли подошёл к президенту, чтобы поздравить, тот травил байки с Энди Вышински и молодым помощником генерального прокурора.
— Благодарю, Салливан, — сказал Джо Стил. — Знаете, о чём я жалею, чего мы не сделали, когда летали в Японию?
— О чём же, сэр?
— Я сожалею, что мы не сбили самолёт Троцкого. Возможно, тогда коммунисты устроили бы у себя очередную гражданскую войну, выясняя, кто является его истинным последователем. — Президент раздражённо покачал головой. — А теперь, блин, слишком поздно. Второго такого шанса мне не подвернётся.
— Мне жаль, сэр.
Чарли как можно скорее поспешил к бару. Ему требовалась пара-тройка стаканов. Пусть это и не было ему нужно постоянно, но иногда всё же, нужно.
XXIV
Майк укрылся за камнем в снегу. Спереди в камень шлёпнулась пуля. Он дрожал одновременно от страха и от холода. Если японское лето напоминало ему о Нью-Йорке, то зимы здесь были прямиком из Монтаны. Могло быть хорошо и холодно. Не всегда, но могло, и бывало.
Также Майк забрался на север дальше, чем прошлым летом. Бои проходили севернее того, что являлось границей между Северной и Южной Японией, но всего-то на несколько километров. Он слышал о том, что на северояпонских истребителях летали русские пилоты. Но он не был до конца уверен, что это правда. На земле ему не встречалось ни одного сражающегося русского оккупанта.
Впрочем, у северных японцев имелось немало новомодного русского вооружения. Троцкий поступал точно так же, как во время гражданской войны в Испании, как и Гитлер и Муссолини вместе с ним. Он отдавал свои новейшие и самые лучшие игрушки другим людям, чтобы посмотреть, как они действуют.
Одной из таких игрушек была винтовка, подобных которой Майк прежде никогда не встречал. Она плевалась пулями, как пистолет-пулемёт, но точно попадать из неё можно было и с пяти сотен метров. Некоторые из тех парней, что сражались в Европе, говорили, что под самый конец войны у немцев появились схожие штуки. Для Майка, как и для большинства американских солдат по эту сторону глобуса, АК-47 стали неприятным сюрпризом.
Движение слева вынудило Майка дёрнуть головой в ту сторону. Неужели северные японцы решили обойти его бойцов с фланга? Но это не был "красный" япошка. То была коричнево-серая обезьянка, с шерстью, припорошенной снегом. В руке, поразительной похожей на человеческую, она несла какой-то корешок.
— А, ну, вали отсюда на хер, обезьяна! — негромко прикрикнул Майк.