"Честь там или нет, но я бы лучше свалил". Впрочем, свалить было не тем выбором, что предложил ему Джо Стил.
Меньше, чем через год после того как германские войска вошли в Австрию, меньше, чем через полгода после того как германские войска промаршировали парадным шагом в Судетскую область (а, ведь, Гитлер после этого клялся, что не имеет больше территориальных претензий в Европе), Рейх оккупировал Богемию и Моравию, чешскую часть того, что раньше было Чехословакией. Словацкая часть стала "независимой", под управлением кучки доморощенных фашистов во главе со священником.
В Белом Доме у Чарли имелась телеграфная лента связи, точно такая же, что была у него, когда он трудился в "Ассошиэйтед Пресс". С полки в своём крошечном кабинете он вытащил атлас и осмотрел карту Центральной Европы. После всех переделок, выглядела она неважно, особенно, если вам хотелось сохранить в мире покой.
В кабинет сунул голову Стас Микоян с сигаретой в углу рта.
— Что вы там разглядываете? — спросил он.
— Следующую мировую войну, вот, что, — мрачно отозвался Чарли.
— Надеюсь, всё не настолько плохо, — сказал помощник Джо Стила.
— Я тоже надеюсь, но оно, блин, именно так. Подойдите и гляньте сами, — сказал Чарли. Когда Микоян подошёл, Чарли ткнул в карту пальцем. — Смотрите. Сейчас нацисты могут ввести войска в Словакию, а не только в Судетскую область. С учётом Восточной Пруссии, они берут Польшу в те же клещи, что и раньше — Чехословакию после захвата Австрии.
Микоян изучал атлас "Рэнд МакНэлли", без сомнений, открывая перед собой новые границы. Он задумчиво вздохнул.
— Ага, мне тоже так кажется. А если мы это видим, значит, большие погоны в военном министерстве тоже это видят.
При этих словах Чарли вздохнул. Часть тех, кто являлся высшими руководителями армии и военно-морского флота расстреляли за измену. Другие офицеры отбывали длительные сроки заключения. Третьи кололи камни или рубили деревья, либо рыли канавы, или занимались иным трудом, которым занимались вредители в трудовых лагерях. Их кресла заняли новые молодые люди, которым Джо Стил мог доверять — не то, чтобы Джо Стил вообще кому-то особо доверял. Достаточно ли они сообразительны, чтобы разглядеть подобные вещи? "Уж лучше бы ими такими быть, блин", — подумал Чарли.
Однако Стас Микоян не закончил:
— И если мы это видим, значит, большие погоны в Париже и Лондоне также могут это видеть. Да и погоны в Москве тоже, хотя погоны там они и не носят.
Чарли кивнул — "красные" тщательно всех уравняли, даже мундиры их генералов мало отличались от формы рядовых солдат.
В голове Чарли возникла ещё одна мысль.
— Готов спорить, в Варшаве сейчас бьются в падучей, — сказал он. — Когда Гитлер вошёл в Судеты, Польша также отхватила кусок Чехословакии. Интересно, каков этот кусок им на вкус сейчас. К слову о близорукости!
— Это точно, — согласился Микоян.
— Что намерен делать босс? — спросил Чарли.
Не успел помощник Джо Стила ответить, как зазвонил телефон. Чарли снял трубку.
— Салливан. — Ему до сих пор приходилось напоминать себе не добавлять в конце фамилии "АП".
— Да. — Этот скрежещущий голос принадлежал президенту. — Набросайте мне черновик. Я хочу, чтобы народ знал, что последние действия Германии ещё ближе толкают Европу к войне. Я хочу, чтобы народ знал, что мы должны приблизиться к тому, чтобы быть готовыми защититься от чего бы то ни было, но я не хочу и не стану ввязываться в драку на той стороне Атлантики. Ясно?
— Конечно. — Пока Джо Стил говорил, Чарли царапал в блокноте заметки.
— Тогда решайте вопрос. — Трубка умолка.
— Это было он? — спросил Микоян.
Чарли кивнул. Калифорнийский армянин изобразил кривую ухмылку.
— В таком случае, теперь вам известно, что он намерен делать.
Он кивнул и вышел. Вероятно, он и себе ждал звонка в любую минуту, либо ему нужно будет ответить на сообщение, которое пришло, пока он разговаривал с Чарли.
Вот так и работал Джо Стил. Он давал одно и то же задание разным людям, брал из работ каждого, что ему по нраву, соединял эти куски воедино и использовал себе во благо. Так он получал от своих подчинённых только самое лучшее. Также это заставляло людей, на которых он полагался, конкурировать друг с другом за его расположение. Что он совершенно точно знал, так это, как обводить людей вокруг пальца.
Чарли вложил в печатную машинку два листа бумаги, между которыми сунул копирку и начал стучать. Он усердно давил на то, что Америка останется в стороне от сражений. Очередное участие в европейской войне являлось политической отравой, и ничем иным. В основном, в пределах границ США Джо Стил мог — и делал — что хотел. К середине его второго срока, Конституция стала такой, как он её описывал. Любой, кто с этим не согласен, вскоре об этом пожалеет. Но даже гбровцы не могли отправить в ближайший трудовой лагерь всех, кто не желал войны. Какими бы просторными ни были эти лагеря, всех вместить они не могли.