Майк об этом знал. Эта мысль вызывала у него депрессию, если не невроз.
— Знаешь, что это доказывает? — спросил он.
— Что? — поинтересовалась Стелла, хоть и понимала, что должна была знать.
— Что большинство людей — тупые имбецилы, вот, что. — Майк сделал вид, будто выдёргивает у себя волосы на голове. — Ааа!.. — Что мне сейчас нужно, так это уйти в шестидневный запой и так надраться, что не смогу сорвать на ком-нибудь злобу. — Он направился на кухню в поисках чего-нибудь выпить. В его квартире всё находилось на расстоянии нескольких шагов.
— Погоди, — сказала Стелла.
— Зачем? Что может быть лучше, чем надраться в хлам?
Майк не считал, что у неё найдётся ответ, но она начала раздеваться. Он замер, пересматривая своё решение. Занятие любовью, может, и не ввергнет его на шесть дней в забытье, но, зато, после него не появится желание поскорее сдохнуть. Торопясь присоединиться к ней, он оторвал пуговицу на рубашке.
Его кровать была разновидностью Прокрустова ложа, поэтому, вместо того, чтобы убрать с дороги стул и стол, они довольствовались диваном. Всё ещё сидя на нём после кульминации и уткнув лицо ему в плечо, Стелла спросила:
— Доволен теперь?
— В некотором роде, конечно. — Он похлопал её пониже спины. — В остальном, не очень. В стране до сих пор бардак.
— И что ты можешь с ним сделать?
— Я делал всё, что мог, и погляди, куда меня это привело, — ответил Майк. — Произошедшее сегодня подмывает меня выйти на улицу и начать швырять бомбы в полицейские участки. Тогда и меня вздёрнут за госизмену.
— Тогда мне не стоит возвращать тебе штаны, — ответила Стелла с серьёзностью. — Ты не сможешь пойти швырять бомбы без штанов.
— Ты права. Тогда меня точно арестуют. — Майк рассмеялся. Оставалось либо смеяться, либо оттолкнуть Стеллу и начать биться головой о стену. На такой шум соседи начнут жаловаться. К тому же, Стелла была, безусловно, лучшим из того, что с ним происходило. Не пора ли задуматься, что со всем этим делать?
— Милая, — сказал он. — Хочешь за меня замуж?
Её глаза расширились.
— Что это навело тебя на такие мысли?
— Надеюсь, брожение мозгов в голове. Ну так, как?
— Конечно, — сказала она. — Мать в обморок упадёт, знаешь ли. Она всегда была уверена, что ты никогда мне этого не предложишь. Она решила, что я нужна тебе только для забавы. «Он — мужик, — говорит она. — А ты знаешь, что мужикам нужно только одна вещь» Торопясь присоединиться к ней, он оторвал пуговицу на рубашке.
Его кровать была разновидностью Прокрустова ложа, поэтому, вместо того, чтобы убрать с дороги стул и стол, они довольствовались диваном. Всё ещё сидя на нём после кульминации и уткнув лицо ему в плечо, Стелла спросила:
— Доволен теперь?
— В некотором роде, конечно. — Он похлопал её пониже спины. — В остальном, не очень. В стране до сих пор бардак.
— И что ты можешь с ним сделать?
— Я делал всё, что мог, и погляди, куда меня это привело, — ответил Майк. — Произошедшее сегодня подмывает меня выйти на улицу и начать швырять бомбы в полицейские участки. Тогда и меня вздёрнут за госизмену.
— Тогда мне не стоит возвращать тебе штаны, — ответила Стелла с серьёзностью. — Ты не сможешь пойти швырять бомбы без штанов.
— Ты права. Тогда меня точно арестуют. — Майк рассмеялся. Оставалось либо смеяться, либо оттолкнуть Стеллу и начать биться головой о стену. На такой шум соседи начнут жаловаться. К тому же, Стелла была, безусловно, лучшим из того, что с ним происходило. Не пора ли задуматься, что со всем этим делать?
— Милая, — сказал он. — Хочешь за меня замуж?
Её глаза расширились.
— Что это навело тебя на такие мысли?
— Надеюсь, брожение мозгов в голове. Ну так, как?
— Конечно, — сказала она. — Мать в обморок упадёт, знаешь ли. Она всегда была уверена, что ты никогда мне этого не предложишь. Она решила, что я нужна тебе только для забавы. «Он — мужик, — говорит она. — А ты знаешь, что мужикам нужно только одно».
— Ты никогда не была нужна мне только для забавы, и это не единственная вещь, ради которой ты нужна мне, — сказал Майк. Затем он испортил свои потуги на добродетель, снова похлопав её. — Хотя это чертовски приятно, не так ли?
— Я бы не оказалась в столь компрометирующем положении, если бы так не считала.
— Ты себя не компрометируешь, дорогая. Ты сотрудничала. А это другое.
— И, что будем делать, когда свяжем себя узами брака? Будем и дальше жить счастливо, как в сказках?
— Мы будем жить настолько счастливо, насколько нам позволит Джо Стил, — сказал Майк.