...
ГЛАВА 1. БЕЛАЯ КОМНАТА
Его смех был неизбежным, и он это знал. Потому и не сопротивлялся своей "судьбе", когда открылась дверь в "БЕЛУЮ КОМНАТУ". Она зашла внутрь короткими дамскими шагами. Чернокожая женщина на низких каблуках.
Артур Флек - он же Джокер, прозвище которого впервые произнёс человек, кого он когда-то мечтал звать отцом – находился в центре помещения, спиной к двери. Его руки заключались в наручниках, хотя они давно перестали проявлять какие-либо неудобства. А комната, где он располагался, была предназначена для специальных допросов пациентов психиатрической больницы «Аркхэм», которых было в определённо-меньшинством количестве.
- Добрый день, Артур, – отозвалась женщина. – Простите, что заставила вас ждать.
- Джейни, - Он обернулся через левое плечо. – Чего вы такая грустная?
Дженифер Веллброк, обойдя стол, посмотрела на него как на младенца, задавший очень уж глупый вопрос.
- Простите? - Её брови слегка сошлись на переносице.
- Вам хреново, как бы вы не старались скрывать это от меня.
- Нет.
- Да бросьте, – Артур закатил глаза, пытаясь раскинуть руки, но наручники, как обычно, ему этого не позволяли. – У каждого своё горе. И даже у вас. Разве не так всё изначально было задумано?
- Тогда придется поменять планы. – Она уселась напротив него.
- Детектор говорит, что ответ дан неправильный. Теперь, согласно законам лечебницы, мне придётся вас убить.
***
Сработал инстинкт самосохранения, и Дженнифер резко задрала голову. Она знала, что подобное не может произойти, но всё равно хотела убедиться, что она находится в полной безопасности. Мало того, её не один раз уверяли, что в наручниках он не может оказать на неё какую бы ни было опасность. А если даже дойдёт до того, ей всего лишь нужно дотянуться до кнопки тревоги, прикреплённая к стене у двери. Сие только вопрос времени. Но представить ту картину, что человек пытается устроить очередную пакость, скорее приводило к отвращению, нежели к страху. Хотя сама-то несколько дней назад собиралась пристрелить его, чего она в данный момент напрочь забыла.
Дженнифер нарушила молчание:
- Вы знаете правила - я должна записать наш разговор. – И медленно подвинула прибор к подбородку хмурящегося.
Тот несколько раз ударил указательным пальцем на клетчатый колпак микрофона.
- И всё начинает повторяться. Мне эта штуковина начинает надоедать. – В его голосе прозвучало раздражение. Дженнифер подумала, что именно таким выглядит лицо Артура Флека - настоящего, а не Джокера.
- К сожалению, иногда у нас не бывает выбора.
Хорошо сказано, подумала Дженнифер.
- Конечно, выбор есть всегда, – сказал Артур, вновь сверкая. - Иногда смерть – это тоже выбор, причем самый доступный. От вас требуется всего лишь не забыть взвести курок перед тем, как вы это сделаете.
- Думаете, это смешно? – Тут она не сдержалась и наклонилась вперёд.
Артур поступил так же. Как же люди любили задавать ему этот вопрос. Ещё как любили, а он больше обожал им отвечать.
- Ну да, – ответил он. – Знаете ли, мне всегда смешно.
- Что ж…
Дженнифер перебили.
- Хотя смех этот отражается лишь на моем лице… коли решитесь рыться глубоко внутри, то встретите мальчишку, запертый один в комнатушке. Он-то всегда плачет.
Проанализировав его слова, Дженнифер спросила:
- Вы когда-нибудь пытались его утешить?
Артур поднял глаза, и их взгляды впервые в ходе сегодняшнего "собеседования" пересеклись. В нем женщина увидела собственное отражение, и ей стало как-то не по себе. Может, это был страх? Нет, так не должно быть(или да?).
- Не хочу об этом говорить. – Первым отступил Артур.
- Хорошо, о чём же вы хотите?
- О вас. - Он продемонстрировал ей свою растянутую улыбку, обнажив неровные зубы. А Дженнифер невольно отпрянула, словно ей дали горячую пощёчину.
- Боюсь, что… - начала было она.
- У вас есть дети?
Нарастала пауза.
- Давайте не будем… - Дженнифер обрезала взгляд, чтобы скрыть внезапный испуг, который без разрешения всколыхнул наружу.
- Вы боитесь, не так ли? Вот что является основой хаоса, что творится снаружи. Люди формируют беспорядки, потому что они боятся быть в числе жертв. Они боятся терять самое бесценное, что у них имеется в жизни. Свободу. А вы хотели бы пойти на такое, чтобы не продолжить наш разговор о вашей семье?
Она сглотнула и приложила определенные усилия, дабы переменить тему.
- Это не имеет отношение к нашему делу.
- Ещё как имеет...
- Вас что-то не устраивает, Артур? – перебила его Дженнифер. В глазах её были видны огоньки настороженности.
Артур ехидно хмыкнул.
- Всё меня в этом грёбанном мире, открыто говоря, не устраивает. Три месяца как я тащусь в вашем тёмном замке, а вашему правительству плевать на мое единственное желание. – Он нарочито растянул последние слова, чтобы они вышли эффективно... и знал, что успевает в этом деле.
- Что же… - Но Дженнифер опять отрезали.
- Я говорил вам, что с раннего детства мечтал быть стенд-ап комиком? Наверное, нет. Помимо того, я был единственным мужчиной в доме, и это меня устраивало. Ещё как устраивало. Я хотел делать людям добро. Ведь моя… мама этого хотела. Она всегда говорила, что я послан нести радость и смех. Поэтому она звала меня не по имени, а как РАДОСТЬ. Забавно, не правда ли? Хоть и не знал радости всю свою поганую жизнь. Однако теперь, когда я знаю, что она и вовсе не была моей матерью, а обдолбанной психопаткой, а все остальные – наглые и безжалостные, думаю, лучше отправить их всех к чертям. - Мгновенная пауза. - Не всех подряд, а каждой персоне уделить особое внимание, наслаждаясь перспекти-кхе-кхе-вой… - Артур остановился, чтобы заполнить лёгкие воздухом, и продолжил. - Я буду убивать и убивать, покуда сам не умру. Мне бы не хотелось этого делать, но я не могу остановиться, потому что в этом и заключается моя трагедия. А без неё я... я - ничтожество. И всё что мне хочется, так это немного покоя. Вы меня понимаете? Тогда умоляю вас, отдайте мне то, что я прощу.
- Если вы про лекарства, они и так превышают норму. – Дженнифер начала рыться в какие-то бумаги, пристальным взглядом изучая их содержание. - По протоколу я могу попросить доктора о вашей просьбе лишь в том случае, когда убеждаюсь в невменяемости вашего состояния. Однако, думаю, они уже должны были оказать хоть какой-нибудь прогресс.
Артур испустил злобный смешок и улыбнулся во весь рот, оскалив обнаженные зубы. То, как себя он вёл, беспокоило Дженнифер.
- Мне кажется, - проговорил он, - я слышал эту реплику раньше.