Я ненавижу похороны. Будь на то моя воля, я бы присутствовал только на одних похоронах — моих собственных. А точнее, если бы все действительно зависело только от меня, я бы не явился и на свои. Но я старался показаться учтивым.
— Тебе видней, Джим. Может, мне лучше не надо...
— Откровенно говоря, мне бы хотелось, чтобы ты присутствовал, Шелл. Если ты, конечно, не против.
— Все нормально, я буду. Увидимся позже. Я повесил трубку, выбросил из головы все мысли о трупах и смерти и порулил в сторону «Клеймора», думая о жизни — и о Лори.
Глава 14
— Привет, Шелл Скотт, — поздоровалась Лори, при этом улыбка озарила ее лицо, комнату и добрую часть меня.
— Не надо больше называть меня Шелл Скотт, — запротестовал я. — Мы ведь друзья?
— Договорились. Входи. Я вошел. Она спросила:
— Ты свободен сегодня вечером или, как всегда, занимаешься расследованием, размышляешь, ловишь, убегаешь, или что там еще?
— Боюсь, что убегаю.
Я рассказал ей, что должен бежать к Джиму, поэтому если у нас даже состоится ночной ужин, то это произойдет очень-очень поздно.
— Тогда перенесем на другой день, — любезно предложила Лори. — На этот раз я тебя прощаю. Тем более, что я успела проголодаться и уже съела бутерброд. Как я подозреваю, ты забыл о нашем свидании.
— Клевета!
Лори не была одета для выхода на улицу. На ней был белый халат и туфли на низком каблуке. Правда, волосы уложены в причудливую прическу и на лице макияж — достаточно одеться и можно идти на люди.
Мы подошли к дивану и сели; Лори сообщила, что Ева привезла с собой документы для Джима и я могу их забрать.
— Но ты ведь не очень сильно спешишь?
— Увы, очень сильно.
Очевидно, Лори читала, потому что на спинке дивана лежала раскрытая книга. Я взял ее и поинтересовался:
— Что ты читаешь? Пруста?
Она засмеялась, вспомнив, вероятно, замечание Джима в Лагуна-Парадиз, когда мы обсуждали нашу первую вечеринку. Она читала, оказывается, сборник эссе Эмерсона.
— Ах, Ральф Уолдо, — комментировал я. — Вот это был человек. Наверное, пользуется спросом среди новых поселенцев. И в Верховном суде. И у остальных жирных котов...
— Что ты понимаешь, — отмахнулась она. — Ты приземленный человек и не читаешь книг, разве не так? Она издевается надо мной, подумал я.
— Ну почему же, в прошлом году я прочел аж две книжки.
Лори недоверчиво глянула на меня.
— Назови хоть одну.
— Запросто. Это была... ух... В книжке речь шла о парне, которого звали Тарзан. Называлась она «Секретное сокровище Тарзана». Я прочитал ее, можешь даже не сомневаться.
— Докажи. Что было секретным сокровищем Тарзана?
— Джейн.
Она засмеялась.
— Однако ты славный малый.
— Я похож на Тарзана.
Мы продолжали нести всякую чушь и в итоге обсудили эссе Эмерсона, хотите верьте этому, хотите нет. «Самоуверенность», «Вознаграждение», «Сверхдуша» — Лори все это знала, похоже, несколько лучше меня. И вскоре до меня дошло, что выходит у нас совсем не то, о чем я обычно разговариваю, когда остаюсь наедине с прелестной девушкой. Точнее, положа руку на сердце — я вообще о подобных вещах никогда не разговаривал.
К сожалению, мне пора было отчаливать.
— Не подумай, Лори, что мне хочется уходить. Но уйти я должен.
— Было интересно.
— Довольно-таки интересно.
— Позвонишь мне завтра?
— О да, конечно.
— И ты должен мне обед.
— Это приятный долг, который я хочу вернуть со страшной силой.
Я было привстал, но она находилась совсем рядом, смотрела на меня, и ее губы зовуще приоткрылись.
Казалось, произошла самая естественная вещь на свете. Да это и была самая естественная вещь на свете. Она вошла в мои объятия без звука, без колебаний, легко и радостно. И ее губы были удивительными: сладко-горячими, как огонь и мед.
Это был поцелуй, способный заставить монахов послать свой монастырь ко всем чертям; отшельников — разбомбить свои пещеры и броситься брить бороды. Но я ведь не монах и не отшельник. Я что-то радикально другое, а в этой девчонке хватило бы электричества, чтобы зажечь все огни Карсон-Сити, штат Невада. Как бы то ни было, она явно меня воспламенила. Пришлось признаться:
— Женщина, ты только что сожгла всю мою изоляционную оболочку, замкнула мой генератор, вызвала короткое замыкание...
— Что ты несешь, Шелл?
— А разве ты не знаешь?
— Ну, я догадываюсь.
— Правильно догадываешься.
Я с шумом втянул полные легкие воздуха.
— Да, ты наверняка все понимаешь. — Я снова вздохнул, как кузнечный мех. — Вот что нам нужно в этом старом мире: больше понимания и...
— Сочувствия?
— Не совсем так.
— Шелл, может, ты перестанешь болтать, а лучше поцелуешь меня еще разок?
— Разве я против? — вскрикнул я.
Да, друзья, мои, это был мой поцелуй. Я немедленно внес свою долю, и мне показалось, это было нечто большее, чем поцелуй... Нерешительно преодолев минуты колебаний и сомнений, я перешел к пылкому воображению. И это придало рту новое значение, объяснило, зачем вообще нам даны губы, и в этом было... Да, это была бездна, в которую с наслаждением падаешь.
Я понимал, что мне нужно уходить. Я знал, что теперь этого не сделаю. И не сделал...