– Боюсь, что нет.
– Я пытался…
– Тебе не в чем себя винить.
Лавров чувствовал себя скованно из-за Эми. Глорию не обманешь. Она ведет себя как ни в чем не бывало, но ему это не под силу.
«Расслабься, Рома, – напевал внутренний голос. – Ты ничего не обещал Глории, как и она тебе. Вы оба – свободны в выборе партнеров».
«Почему же я ревную ее к Колбину, если сам сплю с другой?»
Этот изнурительный диалог с самим собой не имел смысла. Но прекратить его Роман не мог.
– Расскажи мне все, – потребовала Глория. – Про Алину Кольцову, про художника, про его картины… и про Паяца.
– Поразительная осведомленность, – выдохнул Лавров. – Но откуда тебе стало известно о Паяце?
– Он мне приснился.
Бывший опер недоверчиво хмыкнул.
– Сегодня Павел, брат Алины, возил меня на место аварии, – добавила она. – Нет сомнений, что Алине помогли отправиться в мир иной. Полагаю, она была беременна. Ребенок погиб вместе с ней.
– Значит, никакой мистики? Никаких черных петухов? Никакой чертовщины? – обрадовался Роман. – Я так и знал. Конечно, Алину убили. Я видел убийцу!
И он выложил все, что происходило вокруг Артынова и его натурщиц, начиная со своей первой встречи с Рафиком в ресторане. Опустил только свою интимную связь с Эми…
Глава 23
По просьбе Глории Лавров привез ее в кафе «Пион».
– Потерпи, – сочувственно произнесла она, глядя в его измученное лицо. – Я бы тебя отпустила, но…
– Нельзя терять время, – кивнул он. – Не волнуйся. Мне уже лучше.
Два столика в зале были заняты, остальные пустовали. В окна стучался дождь. Бело-розовые занавески, подхваченные атласными бантами, в сумрачном свете казались блеклыми.
– Показать, где они сидели? – спросил начальник охраны.
– Я сама.
Глория постояла, привыкая к обстановке, улавливая флюиды тех, кто находился в зале в тот роковой вечер. Джоконда, подобная бесцветной тени, подплыла к большому кусту рододендрона и скрылась за ним.
Глория уверенно подошла к тому самому столику, где перед аварией Алина о чем-то беседовала с нелепо одетой дамой.
– Здесь, – сказала она и опустилась на стул.
– Хм!
Лавров молча наблюдал, как она сидит, закрыв глаза, и представляет себя на месте погибшей.
– Алина очень переживала… она была удивлена…
– О чем думала та, вторая? – нетерпеливо спросил Роман.
– У нее черные мысли… вместо лица – маска.
– Вылитая «вампирша», – подтвердил он. – Жуткая особа эта Светлана Артынова.
К ним подошла официантка, которая обслуживала погибшую и ее визави.
– Это вы? – узнала она Лаврова. – Что будете заказывать?
– Шоколадный десерт с малиной и зеленый чай.
– Мне то же самое, – улыбнулась Глория.
Девушка удалилась, виляя бедрами. Симпатичный брюнет еще в прошлый раз запал ей в сердце. Она думала о нем. Но Лаврову сегодня было не до нее.
– Умеешь ты очаровывать женщин!
– Я? – очнулся он от неприятных воспоминаний. – Чепуха.
Если бы тогда он не поехал за Алиной, а проследил за Светланой, быть может, она привела бы его к бывшему муженьку… и что?
– Тупик, – мотнул он головой и скривился от боли, пронзившей затылок. – Ч-черт!
– Не делай резких движений, Рома.
– Спасибо за совет, – разозлился он. – Включила свое «видео»?
– Угу. «Вампирша» что-то подсыпала в чашку Алины. Та была рассеянна, взволнованна и ничего не заметила.
– Это даже я понял. А что именно?
– Не могу определить.
– А чисто логически, как врач?
Глория подумала, глядя на столик, словно там еще стояла чашка с отравленным напитком, и ответила.
– Я бы на месте убийцы добавила в кофе сердечный препарат, который в большой дозе может спровоцировать приступ. Обнаружить его потом в крови сложно.
– Быстро распадается?
– В течение нескольких часов.
– Тогда экспертиза ничего не покажет.
– К сожалению. Причем беременность не только увеличивает риск возникновения приступа, но и маскирует его. Беременная женщина может почувствовать дурноту и потерять сознание, это никого не удивит.
– Гиблое дело, – констатировал бывший опер. – Ничего не докажешь. Мы в пролете, дорогая.
На губах Глории мелькнула скептическая усмешка. Слово «дорогая» покоробило ее. Ведь отныне оно относится не только к ней.
– Убийца на этом не остановится! – воскликнул Роман.
Ему казалось, в тот вечер он пропустил что-то важное, способствующее раскрытию «идеального» преступления, задуманного и осуществленного четой Артыновых.
– Светлана и ее бывший муж – сообщники, – безапелляционно заявил он. – Они действуют заодно, прикрываясь мнимой враждой. Деньги – вот их мотив. Портреты, написанные с моделей, которые умерли при загадочных обстоятельствах, увеличивают стоимость картины в несколько раз. Артыновым уже сошло с рук убийство Ольги Слободянской. Почему бы не повторить удачный опыт в новой интерпретации?