— Вы поступаете правильно, помогая ей. А нельзя пристроить ее куда-нибудь еще?
— Нет, во всяком случае, никуда из того, что я бы хотел. Я встречался с Вивиан раньше, но никогда не думал о том, чтобы нанять ее. Теперь мне придется продержать ее достаточно долго или уволить с кругленькой суммой отступных, что звучит куда лучше, чем терпеть это непрекращающееся ворчание. — Он закашлялся.
— Почему бы вам не присесть? Давайте я сделаю вам чай.
Он повернулся и увидел, что охранник все еще стоит там.
— Пожалуй, останусь, хотя бы для того, чтобы позлить всех остальных.
Что ж, это нельзя было назвать чистой победой, но я был рад возможности побыть в его присутствии еще немного.
В моей голове явно было что-то не так. Я мельком увидел другую сторону Джордана, и все равно хотел, чтобы он остался. Мне по-прежнему хотелось приготовить ему чай и сделать так, чтобы он видел во мне кого-то большего, чем просто дизайнера.
На кухне наверху я принялся кипятить воду в микроволновке и доставать чайные пакетики. Я знал, что это не лучший способ заваривать чай, но это было все, что у меня имелось.
Звук шагов человека, поднимавшегося по лестнице, заставил меня поспешно выйти из кухни, и я обнаружил Джордана почти у самого верха.
— Я бы принес его вам вниз, — сказал я ему.
— Почему ты не хочешь, чтобы я был здесь? Здесь нет ничего опасного, иначе Риган и Райден не пустили бы меня внутрь.
Я опустил голову.
— Это все, что у меня есть. И это съемное жилье. Внизу все выглядит приличнее, там я пока могу вести свои дела.
— Хартли, посмотри на меня.
Я поднял голову по его тихому приказу, не в силах сопротивляться.
— Неважно, где ты спишь по ночам. Важно то, как ты держишь себя в часы бодрствования.
10. Джордан
Верхний этаж был не так уж плох, но и не безупречен. В некоторых местах деревянные половицы приподнялись. Когда я добрался до верха, меня встретил спертый воздух. Это не имело значения. Значение имел только мужчина передо мной. И он предлагал мне чай.
В последний раз я пил чай, когда на этом настояла Айрин. Мой голос охрип после того, как я устроил разнос одному из своих охранников за то, что тот отлынивал от работы. Не при Айрин, но она услышала мой голос, когда я вернулся. Она усадила меня и заставила пить, пока я не выдавил подобие улыбки, чтобы заверить ее, что со мной все в порядке.
Мне не особо нравился этот вкус, но горлу действительно стало легче. И с тех пор я его больше не пил. Судя по всему, сегодня придется. Сказать Хартли «нет» было невозможно. Он выглядел таким сломленным передо мной. Я бы сделал почти все, чтобы вернуть улыбку на его лицо.
И откуда, блядь, это взялось? Мне было плевать, улыбаются ли люди. Я упивался их страданиями. И все же Хартли, выглядящий таким подавленным, казался мне совсем другим.
— Раз уж начали, поднимайтесь до конца, — сказал он. — У меня на кухне есть небольшой столик.
Я последовал за ним в маленькую кухню, где с одной стороны располагались шкафчики и бытовая техника, а с другой стоял небольшой круглый столик. Стул видал лучшие времена, однако он не развалился, когда я сел, так что жаловаться я не собирался. Хартли то и дело оглядывался через плечо, словно боялся, что я в любой момент передумаю и уйду или начну критиковать место, где он живет.
На моих губах не было улыбки. Ни малейшего движения, если не считать чертова кашля, подступавшего к горлу. Мне хотелось найти того, кто меня заразил, и воткнуть ему нож в шею. У меня было слишком много дел, чтобы позволить себе плохое самочувствие.
Хартли повернулся с простой белой кружкой в руке. Чайный ярлычок на ниточке свисал через край. Он поставил ее на стол рядом со мной.
— Вам добавить молока или сахара? Я положил немного меда, но больше ничего.
— Меда достаточно. Спасибо за твою доброту.
Он запнулся на полуслове, прежде чем выдавить:
— Не за что.
— Почему все так удивляются, когда я их благодарю? Я не конченое чудовище. У меня есть манеры.
— Потому что вы — это вы. Люди не ждут от вас любезностей. — Он тут же прикусил губу.
— Хартли, говори свободно. Я не хочу, чтобы ты подбирал слова ради меня. К этому моменту ты уже должен понять, что я не причиню тебе вреда.
Я скорее перерезал бы себе горло, чем причинил ему боль. Господи, да что со мной не так? Возможно, мне действительно стоит провериться у врача. Должно быть, у меня лихорадка.
Хартли сел на другой стул и повернулся ко мне, сложив руки на столе.