Харрисоны переехали в новый дом по адресу Мэкеттс–лэйн, 174, в более престижном районе, чем Спек, и гораздо ближе к семейству Маккартни. То, что трое членов группы жили рядом друг с другом, существенно облегчало сборы на выступление. Первым настоящим гастрольным менеджером Beatles был Фрэнк Гарнер, работавший одновременно вышибалой в «Casbah». Кроме того, он являлся их официальным водителем, но после того, как Харрисон и Маккартни получили водительские права, они оспаривали друг у друга право сесть за руль, и чаще всего в этих спорах верх брал более старший Пол.
Соперничество, раздоры и интриги присущи любой поп–группе. История Beatles свидетельствует о том, что и они не были исключением. Несмотря на успех с «Cry For A Shadow», Джордж все еще не был уверен, что его позиции в квартете достаточно прочны для того, чтобы он мог выдвигать творческие идеи. Бал в группе правили Джон и Пол, которые были настолько дружны, что отправились вдвоем в Париж на две недели на деньги, подаренные Джону его богатой теткой Элизабет, тогда как Джорджу и Питу пришлось в бездействии прозябать в Ливерпуле. Когда главные Beatles вернулись с прическами «шляпка гриба», Джордж решил сделать себе такую же.
Джон, Пол и Джордж в душе желали избавиться от Пита Беста, как только им попался бы более подходящий барабанщик, хотя они до сих не заговаривали об этом друг с другом. Причиной его увольнения в августе 1962 года можно было бы назвать неспособность соответствовать имиджу группы, поскольку он не хотел менять свой кок на прическу «а–ля Beatles». Однако более серьезное его преступление заключалось в категорическом отказе от амфетамина, который употребляли в Гамбурге все остальные члены группы. Кроме того, его участие в разного рода развлечениях носило весьма ограниченный характер.
В выступлениях Beatles на сцене, помимо музыки, большое значение имели клоунада, призывы к публике «заткнуться», грубый язык, сомнительные шутки и — для девушек — мрачная сосредоточенность Пита и его внешность кинозвезды. «Пит был самым популярным членом группы, — вспоминал Билл Харри. — Нередко фэны спали в его саду. На него был такой спрос, что им пришлось уступить желанию девушек: Маккартни садился за ударную установку, а задумчивый Пит пел в микрофон, в то время как тинейджеры пытались стащить его со сцены».
Питу не нужно было особенно стараться, как Полу и Джону, которые полностью выкладывались на сцене. Джордж, чрезвычайно разговорчивый перед выступлением, выходя на первый план со своей «Sheik Of Araby», не произносил ни слова и даже не улыбался. Он обычно объяснял это тем, что является соло–гитаристом. Если другие, отвлекаясь на шутки и всевозможные выходки, неизбежно допускали ошибки, которые никто не замечал, Джордж не мог позволить себе ничего подобного, поскольку его ошибки были заметны всем. Однако представление о том, будто Джон цементировал пассажи Джорджа хлесткими ударами по струнам, зажимая простейшие аккорды, в корне неверно. В наши дни партии соло- и ритм–гитары зачастую сливаются в единое целое, возникающее в результате сыгранности гитаристов. Леннон говорил: «Мне было скучно все время играть ритм, и поэтому я любил иной раз исполнить соло, хотя никогда не играл то, что у Джорджа могло бы получиться лучше».
Сочетание виртуозности Харрисона с грубой техникой Леннона порождало звучание необыкновенного изящества, которое отмечали даже более искусные и опытные гитаристы, такие, как Колин Мэнли и Майк Харт из Roadrunners, способные услышать любые технические огрехи. «Джордж считался хорошим гитаристом, — говорил Билл Харри, — но его нельзя было сравнить с Адрианом Барбером и, позже, с Брайаном Гриффитсом (оба из Big Three). Музыканты такого уровня ценились очень высоко».
Большинство из них, помимо музыкального мастерства, обладали обаянием. Джордж не всегда выглядел мрачным, но он не был прирожденным шоуменом. Его главным сценическим жестом, который больше всего имитировали, стала так называемая «ливерпульская нога» — ритмичное подергивание вышеуказанной конечностью, словно она пяткой вдавливает в пол окурок. «Казалось, что Джордж останется позади, — вспоминал Джон Макнэлли, — но он выработал свой собственный стиль — немного робкий, и девушкам этот стиль очень нравился».