Штаб–квартирой Beatles являлся дом на Хэйманс Грин, где Мона Бест отвечала на телефонные звонки агентов, желавших ангажировать группу ее сына. Она даже рекламировала Beatles в залах ливерпульских пригородов Брук и Нотти Эш. «Миссис Бест хотела быть менеджером группы, — говорил Билл Харри. — Она рассылала письма на радиостанции, стараясь продвинуть их в эфир, и осуществляла другую подобную деятельность. Эта женщина была рождена для того, чтобы управлять, контролировать, делать бизнес».
Попытки организовать выступления за пределами Мерсисайда не приносили сколь–нибудь заметных результатов, если не считать гамбургские гастроли и концерт субботним декабрьским вечером в «Palais Ballroom» в Элдершоте, где все 18 посетителей дослушали Beatles до конца, потрясенные производимым ими шумом и заинтригованные их забавным произношением и странными манерами. Они представляли собой разительный контраст с лучшей группой Элдершота Kerry Rapid And The Blue Stars.
Идея этой экспедиции принадлежала Сэму Личу, диссиденту среди импресарио Мерсисайда, который надеялся, что музыканты, вызывавшие восторг ливерпульских тинейджеров, привлекут не меньший интерес со стороны тех, кто жил ближе к сердцу британского музыкального бизнеса. Однако элдершотский проект не получил развития, несмотря на то что в следующую субботу в «Palais Ballroom» собралось свыше 200 человек, чтобы увидеть Rory Storm And The Hurricanes, еще одну ливерпульскую группу.
Эта статистика подтверждала наличие у Beatles потенциального рынка за пределами Мерсисайда и Гамбурга. Группы из других регионов были не менее амбициозны. Shane Fenton And The Fentones совершили настоящий «квантовый» скачок из Мэнсфилда в «Saturday Club» в качестве постоянных участников. Чтобы записать пластинку, квинтет из Эссекса Brian Poole And The Tremeloes должен был получить определенную известность в национальном масштабе, приняв участие в этой программе, когда ее продюсер Джимми Грант организовал их выступление в танцевальном зале Саутэнда.
Поскольку никому из знакомых Beatles не удалось завлечь Гранта или кого–нибудь из его коллег к северу от Манчествера в «Cavern», они послали по почте пленку со своими записями в «Light Programme» на Би–би–си. Хотя Джону — а значит, и Джорджу — не нравилась записанная Джо Миком «Johnny Remember Me» в исполнении Джона Лейтона, ставшая первым Номером Один знаменитого продюсера, они отправили пленку и ему — на адрес студии «Holloway». Однако ни от Гранта, ни от Мика, ни от других воротил шоу–бизнеса ответа не было. У них имелось уже достаточно гитарных групп, более чем достаточно.
И тут им повезло. Незадолго до победы Beatles в опросе «Mersey Beat» они привлекли внимание местного бизнесмена Брайана Эпштейна. Старший отпрыск зажиточной еврейской семьи, Эпштейн, оберегавшийся в детстве от влияния улицы, лишь из окна автомобиля видел этих грубых и невоспитанных уличных мальчишек и девчонок, гонявших в футбол и игравших в классики, но никогда не разговаривал с ними. С момента рождения в 1934 году и на протяжении всего периода обучения в школе, которую он не любил, хотя и хорошо учился, у него не было знакомых, чья жизнь сильно отличалась бы от жизни его семьи в престижном пригороде Ливерпуля Чайл–дуолле с выложенными плиткой дорожками, ведущими через роскошные сады с нарциссами к входным дверям особняков с серебристыми почтовыми ящиками и колокольчиками, на звон которых выходили служанки в фартуках. В доме Брайана царил идеальный порядок, поддерживавшийся его матерью.
Холодильник, телевизор и верхний обогреватель для ванной появились у Эпштейнов раньше, чем в других домах Чайлдуолла, благодаря их семейной фирме, развившейся в сеть магазинов, которые специализировались на продаже мебели и электробытовых приборов. Брайан пошел по стопам отца и поступил на работу в Epstein & Sons, начав с должности помощника продавца. Если не считать воинскую службу и более счастливую пору в Королевской академии драматического искусства, он всю свою взрослую жизнь занимался семейным бизнесом. В 1961 году Брайан стал заведующим секцией грампластинок расположенного в центре города магазина «NEMS» («North End Music Stores»), названного в честь маленького пригородного магазина, перешедшего в собственность фирмы при жизни его деда.
Хотя, возможно, Брайан не признавал за собой врожденного таланта торговца, служащие более старшего возраста считали его достойным продолжателем семейных традиций, неутомимым поставщиком музыкальной продукции. Благодаря прекрасным организаторским способностям и владению современными методами торговли Брайан уже превратил «NEMS» в то, что он вполне обоснованно назвал в рекламных объявлениях в «Liverpool Echo» и «Mersey Beat» «магазином, где самый лучший на севере выбор пластинок». Хотя и не будучи большим любителем поп–музыки, 27–летний Брайан обладал нюхом на потенциальные хиты, что доказывает смелый заказ на 250 копий «Johnny Remember Me», в то время как его конкуренты, прослышав о провале сингла, не заказали ни одной. Иногда он заключал со своим помощником по продажам Элистером Тэйлором пари по поводу судьбы того или иного сингла в чартах.