Сидя на обитых бархатом креслах зала «Odeon», родители слушали речь конферансье Дэвида Джекобса, предварявшую фильм. Срывая аплодисменты, он превозносил Beatles в ущерб Rolling Stones. На протяжении нескольких недель «A Hard Day's Night» и «It's All Over Now» Stones занимали две первые позиции в британском хит–параде, и в будущем необходимо было избегать подобного столкновения финансовых интересов. Хотя Beatles допускали мелкие выпады в прессе против Stones, когда вышел очередной альбом их конкурентов, они послали за ним в магазин Мэла Эванса. Больше того, музыканты двух групп охотно общались между собой, и Джаггер с Ричардсом присутствовали среди гостей на вечеринке, устроенной после концерта Beatles на нью–йоркском «Shea Stadium» в 1965 году.
Это был зенит славы Beatles, что отнюдь не вскружило голову Джорджу, который навестил Merseybeats, выпустивших новый сингл, и регулярно, хотя со временем все реже, приезжал в Ливерпуль. Однажды он посетил «Blue Angel» с его анекдотами о том, что сказал Билли Крэмер Сэму Личу в 1961 году. Джордж был там, в общем–то, чужаком, но, взяв инициативу на себя, подошел к Roadrunners. «Привет, Майк, как дела в группе?» — «Отлично, Джордж, — отозвался Майк Харт. — Как дела у вас?»
Когда Roadrunners оказались не у дел, Майк стал одним из основателей сообщества, известного как «Ливерпульская сцена». Однако в 1965 году все новые и новые ливерпульские исполнители отправлялись в поисках удачи на юг. Одним из них был Гибсон Кемп, заменивший Ринго в Rory Storm And The Hurricanes, который стал одним из троих членов группы Paddy, Klaus And Gibson, включавшую также Пэдди Чемберса и Клауса Вурмана. До того, как в 1966 году Клаус Вурман покинул трио, чтобы присоединиться к Manfred Mann, они выступали на постоянной основе в «Pickwick» на Грэйт–Ньюпорт–стрит.
«Pickwick» принадлежал к разряду самых модных ночных клубов Лондона наряду с «Speakeasy» и «Bag O'Nails», находившимися неподалеку от Кэрнэби–стрит, а также «Scotch» в Сент–Джеймс, от которого было рукой подать до Buckingam Palace. Посещала их весьма изысканная публика, мигрировавшая с вечера до рассвета из одного заведения в другое. Здесь собирались известные поп–исполнители, общавшиеся исключительно с равными себе и говорившие в основном на профессиональные темы. В их распоряжении имелись кока–кола и виски, а также девицы с прическами а–ля Квант и накладными ресницами.
Познакомившись с Патти, Джордж стал реже появляться в клубах Вест–Энда, но в его фонотеке было много американской музыки соул, постоянно звучавшей в темном зале «Scotch». Дома он слушал Бетти Эверретт, Чака Джексона, а также более известных Марвина Гэя, Нину Саймон и Уилсона Пикетта. Задолго до того, как регулярная трансляция на новой британской пиратской радиостанции вознесла их на нижние строчки чартов, Джорджу были известны такие вещи, как «Harlem Shuffle» группы Bob And Earl, «Headline News» Эдвина Старра, а также оригиналы британских кавер–версий «Just One Look» в исполнении Hollies (Doris Troy) и «Baby I Need Your Loving» в исполнении Fourmosts (Four Tops). Джордж был поклонником Мэри Уэллс, являвшейся в то время лучшей певицей Tamla–Motown, которая ездила по Британии с туром вместе с Beatles, выступая у них на разогреве. Он обычно стоял сбоку кулис и аплодировал, когда она исполняла свою программу из трех песен, хотя одна из них — «Time After Time» — годилась, скорее, для кабаре, нежели для толпы, с нетерпением ожидавшей Великолепную Четверку.
Отныне Джордж воображал себя весьма продвинутым музыкантом, но при этом он никогда не выказывал пренебрежения к мэйнстриму поп–музыки. Он, как и прежде, отдавал предпочтение американским исполнителям — постсерфинговым Beach Boys, Byrds и Lovin' Spoonful, чье творчество уходило корнями в сельский блюз и музыку мемфисских бэндов. «Byrds» и «Lovin' Spoonful» считались представителями фолк–рока, как и Боб Дилан, вызвавший негодование в рядах пуристов фолк–музыки, когда в 1965 году перешел на электрогитару. Даже «Can't Buy Me Love», поскольку она отражает определенную точку зрения, можно назвать политической песней, но Дилан пел своим скрипучим, гнусавым голосом о множестве менее грустных вещей.
В своем творчестве он больше не затрагивал антивоенные темы. Наряду с «эоловыми каденциями» Beatles обжигающий поток сознания Дилана придавал поп–музыке некую осмысленность. Сначала бит–группы — и среди них Byrds, Animals и Manfred Mann — принялись исполнять кавер–версии его песен. Затем они стали подражать Дилану, как раньше подражали Beatles. В Британии главным его имитатором стал шотландец Донован с гармоникой и назальными модуляциями, дебютировавший в «Ready, Steady, Go!» в качестве более благостной версии мастера. Авторы музыки Tin Pan Alley также творили в духе Дилана, хотя им приходилось попотеть над текстами. Благодаря им 1965 год стал годом всякого рода песен–протестов вроде «Eve Of Destruction» PF Sloan, написанной для Барри Макгвайра, бывшего члена New Christy Minstrel.