Джузеппе теперь сидел на тумбочке, рядом с новеньким, блестящим полированным корпусом, телефонным аппаратом. Должно быть, прошло не так много времени с того момента, как ученые в один голос заявляли, - «Все, что можно изобрести, уже изобретено!». Ныне, само время опровергает этот тезис. Безумно громкий звон, который, кажется, можно было услышать во всех уголках поместья, огласил дом. Мистер Элдридж в три длинных торопливых шага преодолел расстояние от кресла до тумбы. - Поместье Элдридж, - подняв трубку, произнес он. - Папа? Это ты? - голос в трубке был радостным и немного не уверенным. - Доченька, здравствуй! Как я рад тебя слышать! - радостно ответил мистер Элдридж. Джузеппе слышал каждое слово. Долгожданный голос Сары был похож на музыку. - И я очень рада, папочка! Как вы там? Как Джузеппе? Я так по вам скучаю. - И мы скучаем. Дела идут хорошо. Стоят чудесные погоды. Джузеппе ни как не может дождаться момента, когда ты приедешь и сыграешь для него на рояле, - мистер Элдридж радовался, как ребенок. Он посмотрел на Джузеппе и подмигнул ему. - Прости, папочка, но сейчас пора экзаменов. Боюсь занятия меня не отпустят, - грусть в голосе Сары можно было различить через динамик телефона. - Понимаю, радость моя. Понимаю. - Я обязательно позвоню еще. Передай привет Джузеппе. - Мы будем ждать, - мистер Элдридж положил трубку и провел пальцами руки по цилиндру Джузеппе, стирая пыль, - Сара передает привет. Она очень скучает и снова позвонит...
Джузеппе был счастлив, но шли дни и счастье становилось все меньше и меньше... Минуты тянулись как вечность, а дни пролетали незаметно.В поместье поселились тени. Они клубились в углах, постепенно расползаясь. Наконец, спустя неделю, дом снова огласил звон телефона. Джузеппе вновь слышал ее голос. Они с мистером Элдриджем снова радовались возможности поговорить с Сарой. Как и в прошлый раз, она передала привет. Даже небо, ненастное в тот день, просветлело, после ее звонка. И вновь счастье озарило старый дом. Тени расползлись по углам, не смея приблизиться к тем, кто сияет изнутри. Они ждали своего часа. Они знали, что пройдет время, и вновь можно будет занять свое место. С каждым днем тени все ближе подбирались к мистеру Элдриджу, не замечая куклу. Джузеппе видел, как они протягивают к нему свои мерзкие лапы, как рисуют новые морщины на его лице, как отбеливают шевелюру, волосок за волоском. Видел, но ничего не мог сделать. Он проклинал свое бессилие, предательски неподвижные нити, руки, не способные на движение без помощи, губы, что не имели возможности шевелиться, молчащий телефон. А мистер Элдридж ни как не мог одержать победу над тенями самостоятельно. Оставалось только ждать... Ждать ее звонка. Между звонками проходило все больше времени. Каждый раз Джузеппе начинал беспокоиться, что следующий звонок не прозвучит... Что тогда будет с бедным мистером Элдриджем? Что будет с ним самим? Ведь, если звонка не будет, то тени победят. Неужели Сара этого не понимает? Полированный молчун разразился звоном поздним вечером. Мистер Элдридж, как и всегда, бросился к нему, опередив Элеонору, престарелую экономку. - Поместье Элдридж, - громко произнес он прямо в трубку. - Папа? Я так рада тебя слышать, - голос Сары выдавал волнение. Очевидно, она хотела сообщить что-то... Неужели она опять не приедет? Джузеппе настороженно слушал разговор. - Здравствуй, радость моя, - ответил мистер Элдридж, вновь светясь от счастья, - Мы так ждали твоего звонка. - Да... Прости, я ни как не могла найти время, - наконец, Сара решилась, - Папа, мне предложили контракт. Я буду петь на сцене... У меня будут гастроли. И... Я не успею заехать домой. - Это хорошо, моя дорогая, - голос мистера Элдридха, вдруг стал хрипловатым, а глаза погрустнели. Тени, отступившие было, испугавшись звонка, снова принялись расползаться по помещению, - Ты уверена, что хочешь этого? - Да, папа. Это то, чего мне хочется больше всего. - Тогда, дерзай, моя крошка... - Я еще... позвоню... - Джузеппе передает привет... - начал было мистер Элдридж, но Сара, видимо, уже повесила трубку. Тени, все еще опасались, вновь отвоевывали себе пространство, клубясь в углах комнаты, будто не веря своей удаче. Мистер Элдридж провел невидящим взглядом по кукле, стене и окнам. По его щеке медленно катилась слеза. - Сара передает привет, - Джузеппе знал, что мистер Элдридж врет. Знал, видел, чувствовал, но не мог, ни возразить, ни улыбнуться в ответ. «Теперь тени победят», - звенело в голове куклы, - «Мы сильные, но они победят». Сара повесила трубку. - Зови меня Винкл, Вирджил Винкл, Сара! И давай все же будем общаться свободнее, без формальностей и на «ты»! Времена меняются, люди хотят новшеств, хотят свободы и экзотики, верно? - так начал свою агитацию агент, пришедший ниоткуда, и которого все звали просто «Вирджил»... Было похоже, что агент старался выглядеть успешнее, чем есть на самом деле, как павлин, распустивший перья. Он был еще не стар, хотя уже и не юн, волосы темные, зачесаны и уложены назад, высокий лоб, залысины, широкая, почти вульгарная, улыбка, с несколькими золотыми зубами, дорогой белый с золотом костюм, и начищенные остроносые сапоги со шпорами, место галстука занимал шнурок с металлической пряжкой в виде коровьего черепа. Широкополая шляпа подчеркивала американское происхождение ее владельца. Он курил сигары, и потому в комнате висел сизый дым, мешавший детально разглядеть что-либо. По слухам, он имеет связи и мог сотворить звезду из любой бездарности. Сара боялась... Нет, она не считала себя бесталанной. Она боялась Вирджила, боялась упустить свой шанс попасть на большую сцену. Она хотела петь, и чтоб ее песни звучали по всему миру.